Орден Белого Ежа

— Извини, можно ли звать тебя как-то покороче? — обратилась целительница к новой знакомой.

— Можешь звать меня Лунь, это ты сможешь запомнить, глупая девочка? — ехидно отозвалась волшебница. — Или Нул-Ниэль. Или Лэрис, мне в общем-то, все равно.

Лунь добилась своего — вызвала негодование со стороны Миталиры. У Лемана не было ни капли сомнений в том, что хрупкая блондинка вся кипит от злости и недоверия. Поэтому он ничуть не удивился, когда, спустя некоторое время, Лира тронула рыцаря за рукав и тихонько зашептала:

— Ты уверен, что мы можем ей доверять? Посмотри, как она себя ведет, она вообще эльф?

Несмотря на подозрения Сауранс, Лунь действительно была эльфом и, как следствие, обладала истинно эльфийским слухом.

— О, ты должно быть из тех, кто считает, что эльфы только и ходят с высокомерным видом, едят только лунный свет, а говорят только о высоком.

Миталира смутилась — видимо, она и правда представляла эльфов возвышенными и утонченными, как в старинных сказках, и была жестоко разочарована действительностью.

— Отвечаю на твой вопрос: я действительно эльф, если ты до сих пор не заметила, — язвительно продолжила волшебница. — И, кроме личной неприязни с твоей стороны, у вас нет причин мне не доверять.

Сауранс растерянно посмотрела на Лемана, но тот лишь пожал плечами. Кабрин не собирался вмешиваться в их отношения. Как подсказывал ему опыт, не стоит встревать в противостояние двух женщин: понять — не поймешь, да к тому же сам окажешься виноватым.

На ночь решили остановиться в лесу недалеко от Армалэн, где было гораздо суше, чем у самой реки. Нул-Ниэль тут же объявила, что отправится за едой, Леману же выпала честь развести огонь. Спустя некоторое время, эльфийка вернулась с несколькими рыбинами и бросила их перед Лирой.

— Что? — целительница хмуро уставилась на волшебницу снизу вверх.

— Готовь, — безапелляционно ответила Лунь. — Ты же… домашняя барышня.

Миталира вспыхнула.

— Что еще за «домашняя барышня»? Я приличная девушка, — с достоинством ответила она. — Приличные девушки не готовят еду, этим занимаются поварихи.

От такого ответа Лунь пришла в ярость и, кажется, едва не поколотила «приличную девушку». Пока дамы ругались, Леман тихо и мирно потрошил рыбу и искал подходящие ветки, на которых можно было бы пожарить ужин.