Африканский след

Похоже, не ошибся, хотя все окна детских спален и с земли, и отсюда выглядели одинаково: темные, чуть приоткрытые, с узенькими белыми шторами. Но в этаже он по-прежнему уверен не был: третий? четвертый?.. Проклятая память… «Ладно, мужик, – мысленно приказал он сам себе, – будь что будет! Вперед!..»

Бросок был стремительным, профессиональным, абсолютно точным. Труба выдержала. Острая боль обожгла ладони, но боль его не волновала. На краткое, почти неуловимое мгновение он замер, чтобы потом с акробатической ловкостью скользнуть вверх, преодолевая оставшиеся до цели метры, и совершить еще один бросок – в сторону обитого жестью подоконника.

Ставшее вдруг на удивление послушным тело взлетело одновременно вперед и вверх, на секунду зависнув в воздухе. Но руки Антона уже вцепились в подоконник, он легко подтянулся и перевалился через него внутрь, тяжело упав на жесткий дощатый пол… И не сразу понял, что одновременно с его падением что-то вокруг него взвыло – по-звериному страшно, до боли знакомо… Он понял, что это сирена, только когда вокруг него вспыхнул показавшийся слепящим свет, а на спину обрушился удар, вынудивший Плетнева распластаться на полу.

– Ах ты, с-сука! К мальчикам, значит, полез, извращенец хренов?!

Следующий удар должен был обрушиться на голову, второй раз охранники не промахнутся, и тело Плетнева, удивительно памятливое, вновь сработало само, сгруппировавшись и почти молниеносно откатившись в сторону..

– Стой, гад!.. Колян, звони ментам, я с ним сам разберусь!.

– Заткнись! – Плетнев тоже рявкнул и тут же, вскочив на ноги, совсем другим голосом, гораздо тише, добавил: – Детей не пугай, идиот… Никуда я не денусь.

Испуганные детские лица только сейчас попали в поле его зрения: Антон понял, что приземлился точнехонько между двумя рядами кроватей, на которых спали мальчишки, и теперь с каждой из них на него взирали огромные, полные не столько страха, сколько любопытства, детские глаза… Васьки среди них не было: он опять ошибся то ли окном, то ли этажом… Ребята здесь были совсем малыши, гораздо младше Васьки.

Он легко увернулся от бросившегося на него вновь охранника и тут же попал в железные объятия другого здоровенного детины в камуфляже, со злобной заспанной рожей. Через несколько секунд бывший спецназовец Антон Плетнев лежал на полу со скрученными за спиной руками, на которых эти двое защелкнули наручники, осыпая его при этом матерной бранью.