Министерство Апокалипсиса

Офис окружён. Вспышки камер слепили, и глаза мои на мгновение перестали двигаться синхронно, живя своей жизнью. Правый – тот, на котором вчера выскочил ячмень – осматривал журналистов и щурился от того, что их линяющие ангельские перья закрывают обзор. Левый же уставился на перекрытую широкими спинами дверь, которую натужно стараются открыть изнутри. Я постарался протиснуться, цепляясь за крылья ангелов.

– Смерть! Смерть! Жнецов!

Глаза наконец воссоединились. Куда бы я не поворачивал голову – всюду эти упитанные бледные лица.

Я потерял бдительность. Я не вижу здания, не вижу двери, не вижу и того, кто окликнул меня несколько секунд назад. Ангелы создали крышу из крыльев, и я даже забыл, что нахожусь в Чистилище. Это, скорее, походило на Небытие, которому ужаснётся каждый клаустрофоб.

И вдруг, я вижу дверь, но только из-за того, что оттуда с трудом высунулась знакомая голова.

– Дуй сюда! Они не отстанут! – сказала кривоносая лысая башка, и я её послушал.

Как только я прошёл внутрь, Апок с тяжестью закрыл дверь, ногами отбиваясь от приставучих уродцев. Весь офис собрался у двери в этот момент.

– Какого хре…?!

– Нас обвинили в самоубийстве музыканта из Ада, – перебил меня Апок. – Уже несколько миров прервали сотрудничество с Чистилищем…

«В чём обвинили?» – хотел бы я переспросить, если бы не знал, что тогда Апок наорёт на меня и обвинит в тупости. И поэтому, не задавая лишних вопросов, я додумал всё сам.

Додумал, что музыкант, скорее всего, выкрал косу в ночное время и ткнул в себя этой же ночью, скрывшись где-то подальше.

– Всем быть в кабинете совещаний через пятнадцать минут, – сосредоточенно проговорил начальник и, развернувшись и сложив руки за спину, пошёл по коридору.

– Подождите, Апокалипсис Антонович, а как он мог уме…? – хотел было задать вопрос Голод, но Апок его нервозно перебил:

– Заткнись! Сказал же, собираемся в кабинете для совещаний.

Там всё и обсудим, что не понятного?!

***

Кабинет совещаний был огромен, и я никогда не понимал, почему провожающая в него дверь такая простенькая. Никому не пожелаешь перепутать кабинет совещаний с другим, обычным кабинетом, как было со мной в стажёрские годы. Ведь, захотев увидеть небольшое помещение со старыми зелёными обоями и несложным рабочим интерьером, ты увидишь неширокую комнату с белыми стенами длиной в целый город.