Министерство Апокалипсиса

– Я не могу…

Мягкотелый слабак. Даже интерес пропал…

Приготовился следующий. Он выглядел более профессионально, но не менее глупо. Галстук его душил, а верхняя пуговица рубашки застёгнута – точно мазохист…

– Апокалипсис Антонович, вы ответите на вопрос моего коллеги?

– А это обязательно?

– Формальность.

Ох, зря он это сказал… У меня были надежды, что он сольётся позднее.

– Ну, если формальность, то я просто посижу, – я отодвинулся от микрофона и расслабил спину. – Как вам погодка? Пасмурно, да? Поняли шутку? Это же Чистилище, у нас всегда всё плохо с климатом.

Я замечал, как все смотрят на меня абсолютно по-другому. Даже Судьба. С момента, как я вышел из тюрьмы, я не замечал, как потихоньку скатываюсь в нравственную пропасть, становясь ничтожеством, каковым являюсь сейчас. Но невзначай я начал чувствовать себя иначе, словно вернулся тот молодой и амбициозный Апокалипсис, сменив толстого и нервного старика Апока.

– Апокалипсис Антонович, ответьте на вопрос и прекратите валять дурака! – поднял тон журналист-2.

– Я не валяю дурака, – их злоба так льстила мне, что улыбка не спускалась с лица. – Я просто расслаблен. Один приятель научил. Он владеет сувенирным магазинчиком через дорогу. Загляните, если скучно станет.

– Апокалипсис Антонович, вы понимаете, каким ничтожеством себя сейчас выдаёте?!

– Вы очень узко мыслите, раз считаете спокойствие чем-то ничтожным.

– Прекратите пререкаться!

– А как же «Апокалипсис Антонович»? Надоело моё имя выговаривать? Даже обидно.

Второй журналист слился. Но тут за его место сел Бог, подвинув микрофон к себе.

– Апок, раз-раз, слышишь меня? – сказал он.

Я не заметил, как прекратил дышать.

– Так вот, я понял, чего ты боишься, – Бог хитро улыбнулся. – Ты боишься стать райской пешкой. И твоя компания ей стала. Ты уже в провале, чего ты добиваешься? Я бы посоветовал тебе отвечать здраво. Со мной же ты не будешь пререкаться.

– Конкретно сейчас я добиваюсь того, чтобы от моей компании уже отстали всякие крылатые уродцы! – импульсивно ударив по столу, ругнулся я.

Хм, толстый и нервный Апок вернулся. Но, кажется, здесь он и был нужен. Бога нужно было поставить на место, и, оставаясь спокойным, мы бы до бесконечности церемонились друг с другом.

– Вот видите, не боюсь, – настала моя очередь хитро улыбаться. – Я, кстати, тоже о вас многое узнал. Вам плевать на вашу дочь.