Как Веприк, сын Тетери, маманю спасал

- Ну и брат у него!

- Потерял собачку, пришел и надавал нам всем по шее!

Выведя наконец "брата" за ворота, Свен постучал себя по лбу:

- Ты что, с ума сошел, дубовая твоя голова? Ты что, собрался княжеский терем в одиночку воевать? Говорят тебе: воевода велел тебя не пускать. Не хочет больше тебя видеть. Не лезь, послушай доброго совета, а то как бы хуже не вышло.

У Веприка сердце заныло смотреть на батяню, как он, понурясь, ходит вдоль княжьего забора.

- Бать, это значит он клад-то наш украл? – спросил он про воеводу.

- Не то плохо, что украл, - ответил отец. – Плохо, что помочь не хочет.

- И князь с ним заодно?

- А кто его знает!

Отец с тоской посмотрел на крышу терема, торчащую из-за забора. Он отошел немного и снова посмотрел на терем. Веприк подумал, батяня сейчас опять разбежится и полезет на забор, приготовился уже его ловить.

- Княже! – заорал вдруг Тетеря, стоя посреди улицы. – Горе мне! Сирота я и дети мои сиротки! Унес змей поганый мою Смеянушку, лишил нас света и радости! Слышишь ли, княже?

Довольно быстро вокруг Тетери собрались любопытствующие горожане, пара дружинников, посланная выяснить, в чем дело, тоже остановилась, взирая на горюющего березовца с сочувствием.

- Горе мне! Смотри, княже - плачу! Унес змей жену мою, а меня оставил – беду бедовать, горе горевать!

Необычного вида человек с черными огромными глазами и большим носом внезапно остановился на своем пути и поспешил прямо к Тетере. На человеке была длинная рубаха из непонятной материи, а сверху он был еще обмотан полосой шерстяной ткани, которую умудрился натянуть даже на голову.

Незнакомец в необычайном волнении ухватил Тетерю за рукав и забормотал что-то не по-русски. Тетеря тряхнул рукой, но незнакомец приклеился, к нему как репей.

- Погоди, погоди, я грек, - торопливо говорил он. – Послушай меня! Мое имя Фукидид из Никеи.

- В греках все так хорошо за рукава на улице хватаются или только в твоей Никее? – довольно нелюбезно осведомился охотник, неохотно прекращая свои вопли под окнами княжеского терема.

- Не могу поверить! Мы товарищи по несчастью! – воскликнул красноносый грек и действительно прослезился. – Дай же я тебя обниму!

- Не дам! – решительно ответил Тетеря. – Я тебя первый раз вижу. Какой ты мне товарищ?

- По несчастью! – с жаром пояснил грек.