Божественная семейка. Книга 2

Долго, очень долго...

Смерть помнила, как бывшая подруга улыбалась светло, подняв глаза к небу, и говорила, что в мире появился еще один ребенок. Как она плела венки с девочками на лугу. Как угощала фруктами уличных мальчишек. Как выводила потеряшек из непроходимых чащ и вручала им корзинки, доверху наполненные ягодами.

Слушать сейчас, как Амара с безразличием рассуждает об убийстве младенцев, было жутко.

— А потом они появились на свет и я... я хотела, я правда хотела! Они так похожи на Него, такие же глаза, нос, они.

.. живое напоминание обо всем, что он сотворил... против моей воли, против чести и достоинства! Так похожи... а я не смогла. Они улыбались мне, Х... Смерть. Я просто не смогла поднять руку. А потом они выросли. Такие чудесные, такие... мои мальчики...

Голос Амары вновь наполнился теплом, а в чертах лица — на секунду, невозможно крошечный отрезок времени — показалась та, прежняя. Близкая.

— Я думала, у меня больше никогда не будет смысла в жизни, — продолжила богиня куда мягче, она смотрела на Смерть, но при этом — куда-то мимо.

— Он уничтожил все, а потом и сам ушел. Ничего не оставил, совсем... Но они — моя любовь, моя радость... отрада для истерзанной души, одним своим существованием они помогли мне выбраться из пучины отчаяния.

— А потом решили кинуть в эту пучину весь мир? — хмуро бросила Смерть.

Амара рассмеялась. Легко и грустно.

— Я растила их вдали ото всех, отдала все хорошее, что во мне оставалось. Они выросли такими сильными и смелыми.

.. самыми лучшими! Они хотели увидеть мир, путешествовать... я научила их скрывать от вас, светлых, свою сущность. А потом они вернулись и спросили, где... где их отец. У детей же два родителя, так куда же... их делся.

Темная богиня сжала губы в тонкую полоску, болезненно скривившись.

— Я сказала, что он заперт, — прошептала Амара. — Далеко-далеко, куда не достает солнце нашего мира. Они захотели его освободить, и я... не отказала. Не смогла. Снова.

— Как мило, что ты просветила их, — проскрежетала Смерть.

— Жаль, не поведала, какое чудовище они собрались выпустить.

— Ни один ребенок не заслуживает расти с мыслью, что его родитель — монстр! — вскинулась в гневе Амара.

— Астарот не просто монстр, он среди них король! — громыхнула Смерть.

— Они любят его... — Амара закрыла лицо руками, сотрясаясь в рыданиях.

Медленно осела на землю.

Смерть перевела дыхание, отбарабанив крючковатыми пальцами по древку косы.