План Б – рихтшальские грибы

Вокруг них бурлили кастрюли, зло шипело и жалилось масло, ножи стройной дробью стучали о доски, летали овощи, печь пылала, как последняя отдушина пиромана, а тушки животных сами собой распадались на части – точь-в-точь по рецепту!

– Пусть идут! Пусть идут! – воинственно мурлыкала Гала, отбивая мясо. – Хрясьвусь, как там суп?

Сонно протопав к котлу, свинокоров зачерпнул половник и гнусаво заметил:

– У… боюсь, овощей маловато.

Без единого слова хозяйка трактира набросилась на морковку.

Вымыв копыта в бадье, свинокоров отер их о полотенце и, зевнув, взялся за тесто.

Без пальцев смешивать ингредиенты было не просто, но Хрясьвусь давно навострился – как-никак он, а не Ми-ми или Снот, был вторым поваром!

Дворфийка кинула сковороду на печь и принялась чистить лук.

– Пусть идут! Пусть идут! – приговаривала она, сверкая ножом. – Ох, ядреный! – у неё выступили слезы.

– Что? – не расслышал свинокоров.

– Ничего, – отвернулась Гала. – Чего такой сонный? Снова фермеры?..

Хрясьвусь со вздохом скатал колобок, по привычке обсыпал мукой и накрыл.

Медузой перетек к ягодам.

Гала, приплясывая, соскребла лук. Тот заплевался, шкварча и пронзая нос резким запахом – воздух словно наполнился стрелами. У подглядывающего зло защипало в глазах.

В порыве кулинарного вдохновения дворфийка сорвала колпак и взмахом расправила смоляную косу. Поставив еще одну сковороду, она накрошила тимьян с розмарином и добавила соль – на раскаленный металл легли несколько стейков с прожилками.

Не ев со вчерашнего вечера, Гала истекала слюной.

Когда первый кусок приготовился, поделила его пополам – одну часть прожевала сама, а другую сунула свинокорову.

– Как тебе этот рибай? – она отвернулась, почуяв, что лук подгорает.

Хрясьвусь сконфуженно вытаращил глаза.

– Пусть идут! Пусть идут!... – продолжала дворфийка, крутя задом аккурат против двери. – А если на шахту сошлют, – Гала прыгнула к супу, – что ж! Уголь никогда меня не пугал!.. – и хлопнула крышкой.

Улизнув незамеченным, Снот стек по стене. “Ну и гремлинщина!” – от увиденного у гоблина дергалось веко.

Вестороки, небрежно откинувшись, перебрасывались в картишки. Их было трое – все статные, с мышцами, надутыми под стёганками, словно дождевые грибы.

Пропыхтев: “ох, ребята!”, Гала левой подбросила табуретку к столу и уселась. Тройка ящеров озадаченно замерла.

– Ми-ми! – махнула хозяйка трактира. – Давайте, несите пирог и всё остальное… не мне вас учить… у нас гости! – она улыбнулась сидящим со всем добродушием.