Многоликая

Самые высокие, конечно, принадлежали королевскому дворцу, но и остальные аристократы старались выпендриться, как могли. Потому с высоты птичьего полета сам город напоминал гигантскую гору: высокие здания в середине и постепенно снижающаяся пропорционально толщине кошельков высота домов к окраинам. Чем ближе к городской стене, тем беднее публика и ниже дома.

Если продолжать ассоциацию с горой, то единственным выступом молочно-белого цвета, ни к месту выпиравшим сбоку на этом ровном конусе, была Королевская Школа Магии.

Расположенная недалеко от западных городских ворот, она торчала, словно одинокий зуб, вызывая недоумение своей неуместностью. Во-первых, она была внезапно белого цвета. Во-вторых, центральная башня её уходила в небо, теряясь в густых кучевых облаках. Вообще-то строить в городе здания выше королевского дворца было запрещено, но кто станет что-либо запрещать магам? Дураков нет. Никаких заборов вокруг школы не существовало, при этом двор, где располагался небольшой милый фонтанчик, был с виду абсолютно пустынным. Позже я узнала, что школу окружает магическая преграда, надежно скрывающая от глаз посторонних всё, что происходи внутри. Пройти в школу можно было через симпатичную арку, увитую разноцветным плющом. Странно она смотрелась и тоже чужеродно: арка в никуда. Говорят, на этой с виду обычной арке было навешано больше заклинаний, чем на королевском дворце. По слухам, вошедшего с дурными намерениями арка сразу то ли развеет в пыль, то ли заставит почувствовать невыносимую боль, то ли и вовсе превратит в обезьяну. Я в это всё не особо верила. Зачем делать вход, в который нельзя войти? Хотя, наверняка так просто в это учебное заведение не попасть. Только раз в год проход свободен для всех желающих поступить в школу. Одного желания, конечно, было недостаточно, необходимо было иметь дар. Как бы то ни было, соваться туда мне, метаморфу, и в голову не пришло. Я рассматривала всё это великолепие издали. Иногда из арки выходили весёлой гурьбой студенты, одетые в чёрные костюмы и серебристые плащи, спешили куда-то по своим делам, то ли в кабак, то ли на заработки. Пару раз я видела и преподавателей. Эти носили мантии всех оттенков фиолетового цвета. Я старалась не попадаться на глаза ни тем, ни других, хотя школа притягивала меня, как магнит.

Наконец наступил долгожданный день открытия фестиваля, и мне стразу стало некогда бродить по городу. Мы давали иногда по три спектакля в день. Максимум, на что оставались силы — это поесть и завалиться спать.