Многоликая

Люди искусства суеверны, а у нас считается, что любое завершившееся дело полагается отпраздновать, даже если результат тебя не радует. Мол, если притвориться, что на самом деле всё случилось, как и было задумано, то судьба может передумать, типа: «Была не права, исправлюсь» и подкинуть нежданный подарок. Не знаю, насколько это верно, но мне нравился такой подход. Идея не грустить и не быть разочарованным, даже если всё идет не так, как хотелось бы, по моему, вполне себе здравая. У театральных многому можно поучиться, тому же оптимизму, например, или лёгкому отношению к жизни.

Итак, все наши праздновали победу. Общая гулянка, устроенная поначалу прямо в театре, быстро расползлась в разные стороны. Каждый выбрал себе собственное продолжение вечера, в зависимости от вкусов и предпочтений. Впрочем, особым разнообразием эти предпочтения не отличались. Мужчины, как обычно, направились на инспекцию столичных кабаков, женщины, опять же традиционно, — на инспекцию столичных мужчин в кабаках. Не все, конечно.

Тётушке Лизорри, например, столичные мужчины были без надобности, потому она отправилась в какой-то салон, обещающий омоложение и бодрость в обмен на приличную сумму. Я, в отличие от большинства, любимым порокам предаться не могла, потому как книжные лавки по вечерам были закрыты, а другие злачные места меня мало привлекали. Поэтому, вдоволь нагулявшись по ночному городу, я завалилась спать, не зная, что это моя последняя ночь в давным-давно ставшим мне родным домом шатре театра «Лики».

Коллеги начали собираться в этом самом доме уже под утро. Постепенно, словно уставшие после трудовой ночи приведения ныряли в темноту палаток и забывались долгим похмельным сном. Я, напротив, бодрая и задорная, как весенний ручей, рванула на предмет обхода книжных лавок рано поутру, предупредив тётушку Лизорри, что вернусь лишь к вечеру. Впрочем, ей тоже было не до меня, поскольку блудный муж до сих пор не возвратился в родные пенаты. Её настроение начинало стремительно портится, ибо это означало, что он не просто где-то выпивает, но и каким-то образом нашёл в столице место, где можно сыграть в карты.

Конечно, львиную часть выручки и премию тётушка благоразумно припрятала от непутевого мужа, но, тем не менее, волновалась за исход гулянки, зная его способность забывать обо всём за карточным столом. Утешало только, что в столице его не знают, и потому в долг, скорее всего, играть не дадут. Так что рано или поздно, проигравшись, он вернётся.