Многоликая

Первое случилось однажды, в редкий свободный день, когда благодаря отсутствию вечернего спектакля я могла всё незанятое работой время посвятить своим тренировкам по магии. Я старалась быть осторожной, колдовала только тогда, когда была абсолютно уверена, что никто меня не видит. Потому каждый выходной я по возможности выбиралась подальше за город. Давным-давно, изучив окрестные леса и поля, я обзавелась секретной полянкой недалеко от речки, где провести день можно было не только с пользой, но и с удовольствием. На дворе стояла поздняя весна, вода в речке ещё не достаточно прогрелась для купанья, но солнце припекало уже почти по-летнему, потому я, разморенная полуденным зноем и несколькими часами безуспешных попыток заставить крохотные перистые облака пролиться дождем, просто лежала на траве и размышляла о грядущем.

Ближайшее будущее представлялось мне вполне радужным, поскольку в свертке рядом находились вкуснейшие бутерброды и парочка пирожных, купленных в той самой лучшей кондитерской столицы. Теперь, когда выкуп собственной тушки не висел надо мной тяжелой грозовой тучей, я позволяла себе немного больше мелких радостей.

Мрак носился по поляне, пытаясь выяснить отношения с местной живностью, представленной стайкой огромных разноцветных бабочек, а также толпой шумных и любопытных дроздов. Я слегка задремала и пропустила момент, когда моими вожделенными пирожными заинтересовалась здоровенная ворона. Возможно, ей требовались бутерброды, но дела это не меняет. Гадкая птица незаметно подкралась и, ухватив сверток с нашим обедом, рванула ввысь.

Я не сразу опомнилась и не успела ничего предпринять для спасения провианта, зато Мрак не растерялся. Мгновенно взлетев, он дал лапой увесистый подзатыльник ничего не понимающей птице, подхватил сверток с едой, который она выронила от удивления, и, сделав круг над поляной, приземлился рядом с недоумевающей мной.

Я, открыв рот, смотрела на крылья, что, казалось, были сотканы из чёрного-причёрного тумана. Они медленно растаяли, втянувшись в спину моей собаки, как только он опустился на землю возле меня, держа в зубах сверток с бутербродами, до нельзя довольный собственным подвигом на благо наших желудков.

Словно и не было ничего. Будто и порхал только что этот кроха высоко над верхушками деревьев, приводя в ужас меня и другой животный мир в пределах видимости.

Я к тому времени была уже довольно начитанным метаморфом, не скажу, что образованным, моим знаниям не хватало систематического подхода.