Многоликая

Некоторое время я стояла поодаль, рассматривая и оценивая окружающую обстановку. Наконец, заметила огромную чашу, к которой подходили претенденты на обучение, чтобы взять оттуда небольшой камушек с номером. Периодически над входом в здание, прямо в воздухе загорался номер и тогда тот или иной страдалец, нервно оглядываясь, входил в суровое, неприветливое на вид здание.

Стараясь быть незаметной, я тихонько подошла к чаше и, не глядя, вытянула номерок. Сто тринадцать было написано на сером, чуть тёплом камушке. Х-м-м, похоже, сидеть мне здесь предстояло довольно-таки долго.

Всё ещё опасаясь вступать в разговоры, я отошла чуть подальше от места, где клубился народ, оставаясь достаточно близко к входу в помещение, так, чтобы не пропустить важный момент, когда загорится мой номер. Недолго думая, я присела прямо на ещё не остывшую осеннюю землю и приготовилась терпеливо ждать своей участи. Как ни странно, ждать пришлось не так уж долго. Видимо, для того, чтобы понять, если в принципе способности к магии у претендентов, много времени не требовалось. Через пару часов над дверью вспыхнула заветная цифра сто тринадцать, и на негнущихся от волнения ногах я впервые в жизни вошла в Королевскую Школу Магии.

Сразу за дверью моим глазам открылось огромное, практически необъятное помещение. Скорее всего, это был холл. Гигантские своды поражали воображение. Потолок был так высок, что мне пришлось задрать голову, чтобы рассмотреть исполинские магические светильники, тут и там располагавшиеся на толстых балках из тёмного, почти чёрного дерева.

Вытянутые стрельчатые окна пропускали дневной свет, но его явно было недостаточно для столь колоссального пространства. С левой стороны стояло несколько столов, явно временных. За одним из них сидела женщина средних лет с презрительно брезгливым выражением лица. Поджав и так более чем тонкие губы, она прошипела:

- Имя, возраст, когда открылся дар?

Я подошла ближе.

- Добрый день, уважаемая! Меня зовут Шелль. Двадцать три года. Начала замечать способность к магии примерно два года назад.

Я немного приврала, не существенно. На самом деле первые подозрения у меня появились раньше. Но, во-первых, подозрения это всего лишь подозрения, моя паранойя — это мое личное дело. Во-вторых, если бы я сказала, что дар открылся раньше, то возник бы резонный вопрос: «Чего я столько времени ждала?» И почему не пришла сразу, как поняла, что способна к колдовству? Обычно в школу поступали сразу после совершеннолетия, то есть в восемнадцать.