Отброс аристократического общества 5

Розалин ударила посохом об землю, и тут же вокруг нас очертился, пылая красным, «защитный круг».

- За черту не выходить, - предупредил я. – Сожрут твари астрала.

«Твари астрала» - это мои стражники в пещере. Сожрать точно не сожрут, но в кутузку закатают – сто процентов. До особого распоряжения.

Закружились иллюзорные образы, послышался тихий, на грани слышимости, мистический вой, из сгустков серого тумана потянулись тонкие щупальца, но сразу же отдёргивались, стоило им коснуться непроходимой красной черты. Я закрыл глаза, и мы тут же переместились в пещеру.

- А теперь, Меге, - ухмыльнулся я, - потолкуем. Ручку правую покажи.

Кривой отступил к самому краю черты и спрятал руку за пазуху.

- Что, задёргался? – оскалился я. – Ладно.

В моей руке тут же оказался камушек, на вид – простая речная галька, а на деле узконаправленный детектор. Если точнее, то проявитель одной единственной татуировки.

Я сжал камень, и Меге тут же завопил, схватившись за правую кисть.

- Что происходит? – пристально посмотрел на меня Мурз.

- Полюбуйся на его запястье, - кивнул на скорчившегося шныря я. – Кое-что интересное увидишь.

Мурз резко схвати Меге. На запястье тихо подвывающего каторжника проявилось ещё одно тату, змея, кусающая свой хвост.

- Падлюка этот твой Меге, - произнёс я. – Вот кому ты обязан всеми потерями за последнее время.

«Падлюка» - внештатный агент Службы Имперской Безопасности, вербуемый, обычно, из зеков.

- Ах ты тварь! – взревел Мурз, но Меге вырвался и отпрыгнул в туман.

Закружились вихри, обернувшиеся зубастыми пастями, потянувшись следом за беглецом.

- Отбегался, - вздохнул Мурз. – Жаль. Я бы с ним подольше побеседовал. Вовремя ты ко мне пришёл, Кайл.

- Тс-с! – прижал палец к губам я. – Никаких настоящих имён. Здесь – ладно, но как выйдем, ни-ни. Я теперь Ольгерд.

- Понял, - кивнул Мурз.

Из «астрала» мы выскочили в подвале пока что безымянной гостиницы. Я сдал Мурза и его товарищей с рук на руки старому Лесли, и тот, полуобняв кота за плечи, принялся ему что-то втолковывать. Мурз слушал внимательно, изредка кивая.

- Кайл… то бишь Ольгерд, - насела на меня Розалин, – ты откуда этой пакости набрался?!

- Ох, дорогая, - вздохнул я. – Во время моей буйной запойной молодости, я, бывало, квасил в трущобах, с очень разным людом.