Большая зачистка

 — Абу, не вздрагивай, все путем!

— Почему это я должен вздрагивать? — хрипловатым баском отозвался Борис Абушахмин — тридцатипятилетний здоровяк с выбритым до блеска черепом и манерами «качка».

— Не бери в голову, — иронически хмыкнул третий сидевший за столом — пожилой человек с жестким седым ежиком и сухими чертами лица. — Виталик имеет в виду классику. Так говорят, когда хотят устроить большой шмон. Читал Гоголя?

— Сан Дмитрич, ничего он не читал и не нужно ему! — перебил Игнатова Западинский.

 — Абу у нас девственно чист, и слава богу. А я, в отличие от Гоголя, хочу сказать вам нечто приятное. Затем и попросил собраться тут. Все свои, стесняться некого.

— Да уж, мои здесь дважды все проверили и перепроверили. А кабачок — ничего, — добавил одобрительно Игнатов. — Чей?

— Почти свой, — продолжал улыбаться Западинский. — Мои люди. Ну так вот, вы знаете, что я — человек суеверный и раньше времени стараюсь информацию не обнародовать, но сегодня особый случай. Мы подбили некоторые итоги, и я имею честь сообщить вам, господа, что они — утешительные.

Генерал удовлетворенно хмыкнул, а Абушахмин лишь кивнул, будто ничего нового для себя не услышал, и потянулся за бутылкой «Абсолюта» — эту водку он предпочитал остальным.

— Я не кончил, — остановил его Западинский. — Итак, наши некоторые, как я сказал, итоги — утешительны. Но не более. По операции, которую мы назвали «Обмен», общая прибыль составила чуть больше тридцати двух миллионов долларов.

«Обмен-2» принес еще сорок. Мы рассчитывали, если помните, на несколько большую сумму. Но потери были связаны с тем, что информация от тебя, Сан Дмитрич, поступила с опозданием. Правда, мой мальчик сумел-таки раскрутить свою шарманку. Но это я лишь для того, чтобы учесть на будущее: своевременная информация — основа основ…

— Это известно, — не очень вежливо перебил Виталия Абушахмин. — Прикинь, от своей доли я могу оставить в котле десять.

— Почему так мало? — глядя перед собой в собственную тарелку, сухо спросил Западинский.

 — Или ты решил, что твою братву я должен содержать на свои проценты? Не жирно, Абу?

— А почему мы с ним, — Абушахмин довольно неучтиво кивнул вбок, на генерала, — должны твою семью содержать? Прикинь, прикинь?

— А вот тут я б тебе не советовал, нет. Семья, Абу, это наш совместный капитал! И ты прекрасно знаешь, что, если б ее не было, ты бы сейчас не суммы прикидывал, а срок тянул.