Магинариум

Один из подчинённых, стоявших перед ним на коленях, не выдержал и схватился за голову:

- Просто избейте нас у всех на глазах! Когда мы начали, светило только восходило, а теперь уже заходит! Мы осознали свою неправоту уже к обеду!

- Эммммм. Как я могу вредить своим хорошим людям? - удивился Слизверт.

- Пожалуйста, прекратите! - начал умолять подчинённый.

- “Пожалуйста, прекратите!” - абсолютно не похоже повторил Слизверт. - Похоже? Я собираюсь спародировать вас у всех на глазах. Это называется поэтической справедливостью.

В палатку зашёл курсориус, приблизился к центуриону и кратко бросил:

- Прелат.

- Эмм. Напомни, “прелат” - это что? Он выше легата? – пришёл в замешательство центурион.

Но гонец вдруг закорчился, скрючился и застыл в позе засохшего дерева. Из его широко открытых глаз и рта повалил дым и яркий свет.

- Да, я выше легата. И центуриона, – Сказало лицо гонца.

- Эммммм. Предупреждать же надо, когда вы собираетесь завладеть телом.

- Нет времени. Мы собираемся.

- Эмммм. Но у меня проект, я же говорил. Эхем. – Слизверт замялся. - Ещё я обнаружил логово демонопоклонников, не поверите где. Вот. Так что...

- Это может подождать. Война не может. Ты нужен здесь, трёхфаланговый, – сказало лицо и погасло, а его владелец рухнул за землю.

- Тяжёлая у тебя работа, а? – посочувствовал центурион.

- Такова… - горло у гонца запершило.

- … Наша жертва. Не продолжай. А вы еще тут? – Слизверт обратился к провинившимся. – Вот что, идите и приведите мне пленника, зим четырнадцати.

Не веря своему счастью, Траурники выбежали из палатки, обгоняя друг друга.

Валькали

Ночью, после небольшого пира в таверне, Волки вышел на улицу. Ему нравилась тишина и спокойствие ночного города. Он любовался лунными осколками, когда из тени шагнула Валькали. Она остановилась напротив Волки, на небольшом отдалении.

- Молчунья? - удивился Волки. - Что ты здесь делаешь?

Героиня неопределенно махнула головой.

- Тебя давно не было, - осуждающе проговорил Волки.

Героиня согласно кивнула.

- Но выглядишь ты даже моложе, чем прежде, - похвалил Волки.

Героиня махнула рукой, как бы прося прекратить.

- Ты должна увидеть Мрачноглаза. Завтра он уходит, – отец хмыкнул, - всё-таки он весь в тебя. Какая ирония. Но он хотя бы попрощался.

Героиня взмахнула ладонями у своих плеч и бровями, как бы говоря “Такова жизнь”.

- Но я тебя не виню, даже благодарен.