Бархатный губернатор

– Теперь понятно, почему вы выбрали эту фирму, – усмехнулся Слава.

– Лишь для того, чтобы доказать, что не все фирмы представляют криминальные интересы. Кстати, у меня есть весьма любопытное предложение. Для вас, уважаемый господин Грязнов.

– Слушаю, Алексей Петрович.

– А что, если вы проявите свою лояльность по отношению к новому движению? Мы будем считать это началом новой опергруппы.

– За кого ты меня принимаешь?! – возмутился Слава. – Чтобы я, сыскарь, которого весь блатной мир не скажу, что боится, но уважает, поставил свою подпись под этим дерьмом?! Да никогда в жизни!

– Не торопитесь, – спокойно ответил Крот, словно бы не заметив обращения на «ты», которого он никому не позволял.

 – Вначале подумайте.

– Мне думать нечего! – хлопнул по уставу Грязнов. – Каждая вторая организация – криминальная, а директора – ворье!

– Именно потому, что каждая вторая, а не все подряд, я и советую вам не торопиться.

– В этом что-то есть, – задумчиво произнес Турецкий. – Не горячись, Слава…

– И ты туда же, – укоризненно проговорил Грязнов.

– Не могу понять, какие силы не дают генеральному передать «Пантере» дела об убийствах трех кандидатов в губернаторы края и прежнего губернатора Погаляева, но уверен, что это время придет. И здесь-то, Слава, будет где разгуляться твоим архаровцам!

– У них работы и без того хватает, – пробурчал Грязнов, закурив.

 – У меня же не торговая фирма, а Московский уголовный розыск! Они, я имею в виду авторитетов, не дураки, не полные идиоты, чтобы к своему корыту подпускать легавых. Отлично знают, кого ловлю, кого сажаю, а кого отправляю к Богу в рай…

– Особой тайны в создании новой партии нет. Правда, особо никто и не шумит. Но, поверьте, после съезда, когда будет принято решение о создании партии, будут подключены все средства массовой информации.

И не только наши, российские, но и зарубежные. Запад ждет от России глобальных изменений как в политике, так и в экономике, – произнес вдруг небольшую речь Алексей Петрович Кротов.

– Политика меня не интересует, – заметил Турецкий.

– Очень жаль.

– Мне тоже жаль, но у меня другая профессия. Вот поручили мне расследовать дело о похищении Супруна, и я доведу его до конца.