Алмазная лилия

– Не крысятина, часом?

— Свинина, – шепотом ответил он мне. – Крысятина – это вон на том блюде. И змеи вон там справа.

И мерзко захихикал, когда я едва сдержала рвотный позыв. Впрочем, веселый гном тут же получил подзатыльник от дородной дамы в темно-красных рюшах.

— Вильгельм, я тебе место рядом с княжной выцарапала не для того, чтобы ты всякую гадость языком молол, – громким шепотом напомнила она. – Ты должен ее очаровать.

— Поздно, – ответил неизвестный мне Вильгельм. – Точнее, рано. Матушка, хотите внуков – рожайте их сами.

Мое мнение я уже озвучивал не раз.

— Чисто теоретически внуков родить самостоятельно можно, но это сильно смахивает на инцест, – сообщила я Вильгельму.

— Ну, инцест – дело семейное, – подмигнул мне гном.

— Вилли!

Весельчак едва успел пригнуться. Матушкина длань пролетела мимо его затылка, угодив точнехонько в кувшин с чем-то сильно алкогольным, что я даже нюхать боялась. Кувшин, разумеется, опрокинулся. Бородач, сидевший по левую руку от расчетливой гномки, вскочил с ревом.

Та кинулась извиняться и обтирать его салфеткой. Пользуясь возникшей суматохой, бородатый квадратный мальчик Вилли цапнул блюдо с запеченной целиком уткой, ужасно жирной даже на вид, и исчез. Я, украдкой оглядевшись, схватила свою тарелку и тоже попыталась смыться.

— Куда? – рявкнул папаша, который до этого обращал куда больше внимания на кувшин с пивом, чем на меня.

— В туалет, – ответила я, неопределенно махнув рукой и едва не теряя содержимое тарелки.

— С едой? – нахмурился он.

— Пожрать можно везде, – невозмутимо ответила я. – Туалет ничем не хуже столовой. Даже лучше. Тише и народу меньше.

За несколько дней жизни у гномов (точнее, у цвергов, гном у них – ругательство, а ругательные слова стоит употреблять в меру, иначе интерес теряется) я уже усвоила, что чем грубее, тем лучше. Стоило мне начать юлить и смущаться, мои новые соотечественники пытались меня обмануть или продавить. Зато чем больше я хамила, тем лучше меня слышали. Перестроиться удавалось с трудом, но я старалась изо всех сил.

— Сядь на место и не позорь меня, – прошипел отец.

Ага, спешу и падаю.

— Я интроверт и социофоб. Мне на сегодня хватит общения.

— Кто? Это типа ведьма?

— Да, типа ведьма. В обществе начинаю нервничать и могу сглазить.

— Послали же боги доченьку. Мать твоя даже нормального ребенка родить не могла.

— Так разве это твои проблемы? – пожала плечами я. – Все равно ж ты меня замуж выпинываешь всеми силами.

— И верно. Ладно, иди.