Чеченский след

У меня вдруг возникло то странное ощущение, которое называется «дежа вю» – вроде бы и что-то знакомое, а что – не помню. И тут у меня возникло смутное ощущение – я был прав сегодня, когда говорил сбитой мною Юлии, что за этот день еще всякое может случиться. Почему я так подумал – непонятно. Интуиция – штука разуму неподвластная.

Женщина обернулась, видимо почувствовав мой взгляд.

– Здравствуйте, – обратилась она ко мне, промокнув мокрые глаза платком. – Вы Гордеев?

– К вашим услугам, – несколько церемонно ответил я.

– Мне очень нужна помощь. Я пришла сюда, потому что… надо защитить одного человека.

5

Небольшой грузовой темно-фиолетовый автобус без пассажирских окон – автозак, специальный бронированный транспорт для перевозки заключенных, – тяжело прокатился по трамвайным рельсам на Лесной, свернул на широкую Новослободскую, проехал вдоль многоэтажного кирпичного здания мимо плотного строя припаркованных разнокалиберных и разномастных легковушек и, повернув резко налево, остановился у больших железных ворот.

Милиционер, сопровождающий водителя, отложив автомат, с кем-то переговорил по рации, ворота автоматически разъехались, и автозак въехал внутрь дома – в пугающую черноту.

Две молодые женщины в милицейской форме строго и придирчиво проверили все необходимые документы у водителя и сопровождающего и только после записи в журнал и звонка по внутреннему телефону пропустили автозак к следующим железным воротам.

Там все действия повторились.

Но на этот раз постовыми были не милиционерши, а крепкие солдаты и сержанты под командованием толстого прапорщика. Они не только дотошно проверили документы, обмусолили каждую бумаженцию, но и просмотрели специальными зеркалами на длинных ручках всю машину сверху донизу, оглядели днище и даже моторный отсек. Милиционеры сдали оружие – их пистолеты и автомат уложили в специальные ящики, а взамен выдали контрольные карточки. Вся процедура заняла минут десять.

Проехав третьи ворота, автозак оказался на солнечном внутреннем дворе Бутырского следственного изолятора.

У дверей «приемного отделения» автобус остановился, боковая дверь отъехала вдоль борта – и оттуда выскочил на землю третий милиционер с автоматом наперевес.

– Выходи! – крикнул он внутрь автозака. – Не останавливаться! Руки за спину!

Щурясь от яркого солнца, появился измученный Аслан. Спуститься из автобуса, держа руки за спиной, ему было трудно.