Чеченский след

Десяток омоновцев ворвались в коридор…

– Где он? – крикнул плечистый мужик в шлеме и с автоматом в руках.

– Кто? – Елена сделала вид, что ничего не понимает. Омоновцы, не тратя времени, разбежались по квартире… Но, к удивлению Елены, никого не нашли.

…Аслан лежал, затаившись между шпалерой невысокого подстриженного кустарника и почти вплотную припаркованного к этой зелени «мерседеса», и боялся шевельнуться. У него затекла нога. Но двинуться он не мог.

Из соседнего подъезда вышла бабушка с пушистой глупой болонкой, чуб которой был завязан красным бантиком.

– Тюня, Тюня, ко мне! – противным голосом позвала бабушка собачку, но та, не привыкшая к повиновению, отправилась гулять сама по себе.

– Тюня, фу! Я тебя только что помыла!

«Вот еще на мою голову». – Аслан затаил дыхание… Он понимал, что если болонка обнаружит его, то тогда действительно конец…

Тюня обнюхивала все кругом и всюду оставляла свои отметины.

– Я кому сказала! – не унималась бабушка, возмущенная Тюниным поведением.

Тюня не обращала на нее никакого внимания. Она понюхала дерево, кустарник, потом – колесо «мерседеса», подняла заднюю лапу и…

Залаяла во всю силу своей собачьей глупости.

«Мерседес» в ответ издал пронзительный звук, призывающий своего хозяина. Омоновцы, выбежавшие из подъезда, сразу бросились к машине.

Все это время Елена не находила себе места, она бросалась то к одному окну, то к другому, понимая, что Аслан где-то рядом и что каждую секунду его могут найти.

За годы жизни с Алексеем она только и делала, что всеми силами старалась полюбить его.

Все кругом в один голос, включая маму, твердили, что лучшего мужа ей не найти.

«Кроме Аслана, – с грустью думала Елена, но наталкивалась при каждом редком его звонке на необъяснимую сдержанность любимого человека и уверяла сама себя: – Но он меня больше не любит, я ему не нужна».

Страх остаться одной, боязнь безденежья да уговоры мамы – вот что заставило ее в конце концов принять предложение Алексея и выйти за него замуж.

А потом… Он уходил на работу, она растила сына, проблемы, из которых состояла ее жизнь, постепенно вытесняли из ее души боль и тоску по Аслану, вроде бы все как-то утряслось, образовалось… Как любила говорить ее мама: «Стерпится-слюбится».

Стерпелось. Можно сказать, почти что слюбилось.

Мысленно она уже вычеркнула Аслана из своей жизни, но этот его сегодняшний визит возродил, оживил все ее годами спрятанные от самой себя тайные желания.