Две истинных, или Кто подставил дракона?

Ох, любим же мы с ним друг друга, но не как все нормальные!Обольстительно улыбнулась дракону света победительницей по жизни. Какой кайф, шо он — не мой геморрой! Торжественно отдаю его сестре! Если надо, даже ленточкой перевяжу! Розовой!

— Спорим, я первой окажусь у ректора? — не удержалась от этого вопроса.

Парнишка демонстративно отвернулся. Лица не видела, но отлично уловила весь спектр матов, которые он старательно прятал. Или очередной полёт фантазии, или привет, телепатия, не знаю. О да, родной, бесись.

— Куда идти? — мгновенно переключилась на Разиэля.

— Видела, куда убежал куст?

Мысленно поймала подобие истерики. Если бы в нашем мире такое спросили, палата номер шесть была бы обеспечена! Вот реально! А здесь... Привыкай, Санька, привыкай. Новый мир — новые загоны!

— Допустим, — осторожно отозвалась старшему дракону.

— Нам туда же.

— Зачем?! — невольно растерялась, округлив глаза. — У нас ничего не горит!

Сестра неожиданно в меня вцепилась.

— Я никуда не пойду без неё!

Уныло закатила глаза, а семейка ящеров издала сейчас синхронный вздох с пометкой «жизнь — боль».

— Таня, ты сама говорила, что тебе уже...

Близняшка моментально закрыла рот ладонью.

— Всё, что стукнуло, всё мое! Не пали контору! — нахмурилась сестрёнка.

Согласно кивнула. Только тогда Танюха выпустила из цепкого захвата.

— Перемещение с Дамчиком как-нибудь переживёшь. Не маленькая, — все-таки закончила начатую мысль.

Сестра вздохнула.

— Да, придётся разделиться. Двух истинных никто не ждал. Я помогу с переносом, Дами.

Дракон света опять скривился. Он вообще бывает доволен жизнью? Хотя бы иногда. Или режим «в гробу я вас видел» его естественное состояние? Пока гадала, парнишка властно схватил Таньку за руку да с мордой осужденного на пожизненное поволок ее за собой. Разиэль угрюмо покачал головой, мол, молодость, а затем направился к ближайшему водоёму.

— Он лишь кажется бездушным чурбаном, — неожиданно произнес Рази, когда сравнялись. — Я помню Дами другим.

Скептически приподняла бровь типо «да неужели?».

— Смерть мамы стала для него сильным ударом. Именно после неё Дамиэль изменился. К сожалению, не в лучшую сторону.

— Зачем ты рассказываешь мне это? — нахмурилась.

Уж что, что, а чужие драмы сейчас хотелось слушать меньше всего.