Новая Луна

Здесь перед невозмутимыми горшками, представительными котлами и верной кухаркой, девушке не надо было притворяться порядочной дочерью одного из богатейших людей Алессии — хотя, по иронии, именно здесь она производила впечатление благовоспитанной барышни сильнее, чем где бы то ни было ещё. Но, несмотря на различия в воспитании, а может и благодаря им, именно на кухне Мирия чувствовала себя свободной от оков приличия и могла позволить себе говорить то, что действительно думает и чувствует.

— Почему так всегда получается! — возмущённо спрашивала она, с чувством оттирая щёткой дно большого чана. — Я надеялась, что женитьба Арандола Д’Эрдэ пусть и не избавит меня ото всех проблем, но уж точно облегчит мою жизнь! Но Нильса всё нет, а отец выходит только для того, чтобы продолжить поиски подходящего жениха! Это так несправедливо! — восклицала она, обращаясь к юной Калинде, кудрявой девушке, которая только недавно стала здесь работать.

Калинда предпочитала молчать: она была новенькой и не могла запросто сказать госпоже, чьё рабочее платье для мытья котлов стоило больше, чем выходное платье Калинды, что несправедливыми считает совсем другие вещи.

А вот Джоана, кухарка, фактически растившая Мирию, подобным чувством такта не обладала.

— Душа моя, каждый влюблённый считает, что несчастней всех, но тебе ли жаловаться? — строго сказала Джоана, пристально глядя на свою хозяйку. — А если уж твёрдо решила считать свою жизнь ужасной, то научим тебя ещё и полы мыть, и стирать, — кухарка подмигнула Калинде.

— Твоих проблем это не решит, зато хоть нам жить полегче станет.

— Ты знаешь, что я не считаю себя несчастней всех, — с улыбкой ответила Мирия.

Старая кухарка умела несколькими словами поднять ей настроение, хоть иной раз и высказывалась за то, чтобы её госпожа оставила воспоминания о Нильсе и вышла бы замуж за одного из старых знакомых из Катароса, Сэльцвига или Марьландара.

Мирия неизменно обижалась, а Джоана ворчала, что появись тут новый хозяин, он и Квинзи бы вышвырнул, и в «господина Фиравеля» новую жизнь вдохнул, и Мирии бы скучать не дал, словом, всем в Таине стало бы веселее жить. Но сегодня Джоана ворчать не стала, и Мирии действительно стало легче. Смывая грязь с чана, она смывала и тяжесть с сердца. И пусть назавтра гнетущее чувство вернётся, впереди ещё целый день.