Новая Луна

Она сидела в высоком кресле на некотором расстоянии от камина и не отрываясь смотрела на огонь, а Клара пристроилась с вязанием на низенькой скамеечке у самого очага. Рыцарь тихонько вошёл и сел на стул у двери.

— … и с тех пор они жили счастливо, — закончила хозяйка дома.

Звезда засмеялась и захлопала в ладоши:

— Отличная сказка! Расскажи ещё одну!

Нильс улыбнулся, решив, что и его взбодрит хорошая история, тем более что Клара была одним из лучших рассказчиков, которых он знал. Но под её спокойный и немного печальный голос, рыцарь отправился блуждать по своим мыслям, довольно быстро потеряв нить истории.

В себя его привела звенящая тишина. Нильс вдруг понял, что рядом с ним стоит Гарет, а комната, несмотря на поздний час, наполнена светом.

— Я могу спеть эту историю, — тихо сказала Алексина. А может, Нильсу только показалось, что она что-то сказала. Звезда сияла, но не безжалостно, и не холодно, как когда только упала, а мягко и немного грустно. Этот свет не заставлял щуриться, но различить в нём будущую Луну было невозможно.

А потом она запела.

Сколько Нильс ни пытался потом описать, о чём была эта песня, он не мог найти нужных слов. Песня накрыла его, и потащила куда-то вниз, в самые глубины неба, где рождаются и молниеносно быстро сменяют друг друга бессмертные миры. В одном рыцарь чувствовал себя всемогущим, а в следующий миг в другом ему разрывало грудь от осознания собственного бессилия. Он не знал, какую сказку рассказывает звезда, но он точно чувствовал, что в ней была большая любовь и великая светлая грусть.

В ней был свет, который одолел тьму, но именно от этого и было на душе так горько. В ней хотелось смеяться лишь оттого, что только смех и помогал всё исправить, а когда она закончилась, Нильс понял, что щёки его мокры от слёз, и что нет ничего проще, чем научиться летать.

— Спасибо, это была чудесная сказка, — сказала будущая Луна Кларе. — Я обязательно запомню её.

Казалось, прошла вечность, прежде чем тишину тёмной, освещённой лишь слабыми отблесками камина, комнаты нарушил первый вздох, показавшийся оглушительным.

Именно этот звук привёл в чувство Нильса, и всё вокруг снова стало реальным.

— Благодарим вас, пресветлая госпожа, — негромко сказала Клара, изящно кланяясь.

Алексина улыбнулась. Не так, как обычно, когда она расписывала своё платье или от осознания собственного превосходства, а очень мягко, и Нильс вдруг обнаружил, что знает, за что её выбрали следующей Луной, и он не мог не улыбнуться ей в ответ.