Сестрёнка из Преисподней

– Не волнуйтесь, это всего лишь точка зрения, – пояснил я. – А теперь, пожалуйста, ответьте на пару наших вопросов. Да, да, именно так, как от вас требует начальство… Служба превыше всего, вы меня понимаете?

– Угу… иезуитом бы тебе быть, Серёга… Уважаю! Валяй допрашивай.

– Кто на нас нападал?

– Арабский террорист из группы Хаттаба, имя знаю, но не скажу. Рост средний, брит наголо, борода лопатой, крив на один глаз, при чтении Корана слегка заикается!

– Так, значит, доподлинно не знаете… А почему такие странные розы?

– Их специально выращивают в секретных лабораториях Ирака.

Стреляют из спортивных луков, а черенки мажут ядом амазонской кобры, чешется – жуть!

– Ладно, он и не может знать этого мерзавца со смертельно опасными цветами. Спросите лучше, не был ли он в курсе готовящегося покушения на вас?

– Не был, не знал, не участвовал… – повесил голову обличённый Фармазон. Анцифер примерился и, приподняв подол, смачно пнул братца ногой в… раненое место. Нечистый не остался в долгу, и мне вновь пришлось встревать между драчунами.

– Не мог я его предупредить, не мог! Права не имел, чтоб ты знал! – орал вырывающийся Фармазон. – Но ты спроси, кто ему подножку вовремя подставил?! Кто его из-под обстрела в подворотню затолкал?! Кто собственный зад не пожалел, хозяина прикрывая?! Ты спроси его, спроси, спроси, а уж потом бей!

– Да я тебя, мозготрёпа рогатого, сейчас здесь же, в асфальте, закопаю! Твоим же хвостом удушу и в канализацию рылом засуну! Я ж из тебя… Господи! – Неожиданно опомнившись, белый ангел медленно опустился на колени.

– Господи, прости меня, грешного… В слепой любви и заботе о Сергее перешагнул я границы кротости и смирения, осквернил уста свои грязной руганью, а разум недостойными помыслами. Прости мне, Господи! Ибо сказано, что лишь Словом твоим всех врагов повергаеши… Словом Божьим, но не кулаком и оскорблениями! Друзья мои, я нижайше прошу у вас прощения… Дайте мне пять минут, я должен помолиться.

– Давно бы так, а то взял моду… Ты ему слово – он тебе два, ты ему аргумент – он тебе в ухо! Пойдём, Серёга, нехай наш чистоплюйчик в одиночку покается.

– Фармазон, – тихо спросил я, когда мы отошли на пару шагов, – скажите, если можете, то, что произошло с Банни, – это из-за меня?

– Нет, из-за моей троюродной бабушки! – отмахнулся чёрт. – В этом мире всё, всегда и везде – из-за тебя! Даже если ты в этом абсолютно не виноват…

Ну что ж, Фармазон и не мог бы сказать мне большего.