Корабль отплывает в полночь

Он нащупал на шее светящийся медальон и осторожно вынул из него крохотную белую сферу величиной с божью коровку, посмотрел на нее с мрачной усмешкой, бережно держа в ковшике ладони, и снова положил в медальон, словно величайшую реликвию.

Искаженный голос сник до призрачного шепота:

– Ты один, Элвин. Один против тайн и ужасов Вселенной. Непостижимое доберется до тебя раньше нас. Время, пространство и судьба объединились против тебя. Даже сама удача…

Призрачный голос ВСС-радио умолк, когда поврежденные аккумуляторы окончательно сели.

Утробу потерпевшего аварию корабля вновь наполнила тишина.

И весело разлетелась на осколки, когда Элвин рассмеялся в последний раз. Федрис-психолог! Федрис-глупец! Неужели Федрис надеется расшатать его нервы с помощью шаманских фокусов и силы внушения? Словно кто-нибудь из Диких может поверить в сверхъестественное!

«Не то чтобы во Вселенной совсем нет неизъяснимого, – мрачно напомнил себе Элвин. – Есть сверхъестественная красота, порождаемая опасностью и полным самовыражением.

Но одни лишь Дикие понимают это неизъяснимое. Его никогда не понять бедным прирученным стадам, которые будут поклоняться безопасности и трусости, как всегда делало большинство членов СОС, или Сообщества… и ненавидеть всех, кто любит красоту и опасность».

Как ненавидели Диких и поэтому уничтожили их.

Всех, кроме одного.

Федрис сказал «один»? Элвин скептически усмехнулся, дотронулся до медальона на шее и легко вскочил на ноги.

Немного времени спустя он извлек из поврежденного корабля все, что ему было необходимо.

«А теперь, Федрис, я должен совершить акт создания, – пробормотал он и улыбнулся. – Или лучше сказать „воссоздания“?»

Он навел тупое жерло распылителя на забитый зеленью проход. Не последовало ни звука, ни вспышки; зеленые ветви затряслись и почернели, утратив шипы, а затем превратились в сдуваемый ветром порошок, мелкий и черный, как пыльный ковер земной Луны. Элвин метнулся к выходу и на какое-то мгновение задержался там – золотоволосый, с холодной усмешкой на губах и веселыми искорками в глазах, в расшитой платиной тунике черного цвета, прекрасный, как юный бог… или дьявол-подросток.

Затем высунулся наружу и направил ультразвуковой луч распылителя вниз, расчищая свободную площадку посреди колючего леса. Закончив эту работу, он ловко спрыгнул на землю; мелкая пыль от удара поднялась в воздух и окутала его колени.