Корабль отплывает в полночь

Затем – полоса смятых той же самой струей деревьев и кустов вокруг «Крота». Дальше были сумрачные джунгли, что тянулись к гряде холмов; местами в них поблескивала проточная вода.

Но настоящие чудеса происходили наверху. Пусть небо и покраснело к рассвету, в нем все еще было заметно кружево из тысяч метеорных следов – непрерывно меняющаяся бриллиантовая паутина.

– Это прекрасно, – тихо проговорил Грег. – Прекрасно… как женщина.

Стоявший рядом с ним метеоролог Рыков понимающе кивнул.

– Следовало ожидать, – сказал он, – что в пылевом облаке на любой планете с атмосферой можно наблюдать впечатляющие метеоритные явления.

Хотя это, конечно, превосходит человеческое воображение. Хорошо еще, что они так малы и сгорают в атмосфере, иначе страховка от метеоритов на этой планете была бы заоблачно высокой. Но оставим в стороне всю эту красоту, и астрономию вместе с ней. Скажи, Грег, у тебя есть идеи, откуда это исходит – от какого-нибудь животного, минерала или растения?

Под «этим» Рыков подразумевал пульсирующую угрозу, которая никуда не делась после сцены трехдневной давности.

Только теперь, как показывало это легкомысленное замечание, она существенно изменилась. Неосязаемые волны ужаса превратились в отчетливо слышный ритм, что проникал сквозь иллюминатор оранжереи и усиливался его вибрацией, – до смешного банальный звук, который был бы уместен разве что в старинных остросюжетных пьесах о древней земной Африке, нелепое «бдум-бум-бум-бум, бдум-бум-бум-бум».

– Что это такое? – настаивал Рыков. – Я слышал, что алудрианские барабанные деревья издают похожий грохот.

– Бог знает, – ответил Грег, пожимая плечами; это движение плавно перетекло в ленивое потягивание. – Может, у меня и нет никакой здешней лихорадки! Что, если я выйду прогуляться прямо сейчас? Как ты думаешь, здесь есть женщины? Черт бы побрал этого дока с его проволочками!

Из прохода между кустами внезапно появился Гальвес, массируя на ходу отекшие веки.

– Тем не менее именно благодаря этому субъекту – некоему Хуану Гальвесу с захудалой провинциальной планетки Арктур-Кватуор – ты еще до полудня сможешь покинуть «Крот» и немного прогуляться.

– Разве мы не должны дождаться, когда подрастут твои образцы микробов, чтобы ты смог провести экспресс-анализ? Тем более что планета может оказаться прибежищем для мутировавших земных микробов.

Гальвес зевнул:

– Для этого не обязательно выращивать культуру.