Корабль отплывает в полночь

Грег провел рукой по взъерошенным волосам:

– Значит, мы прогулялись немного по джунглям…

– Далеко? – неприветливо спросил Карл.

– Примерно с милю, – с улыбкой ответила Геи.

Карл не отводил взгляда от Грега, ему было немного не по себе.

– Да?

– Ну вот, – продолжил Грег, – мы разговаривали и вдруг услышали шум. Оглянулись и увидели, как один из вертолетов «Крота» поднялся над джунглями и улетел… очень быстро.

– По направлению к «Кроту»?

– Нет, кажется, в противоположную сторону.

Геи одобрительно положила руку ему на плечо.

– Все было именно так, как он говорит, – подтвердила она.

Грег не сдержал глуповатой улыбки.

Фирамтот обернулся к Карлу.

– Кто из вас… – начал было он, но в то же мгновение все взгляды устремились на дальний край стола.

Бальдини взволнованно вскрикнул и бросился в темный проход между хижинами. Прежде чем хоть что-либо предпринять, он уже вернулся назад, держа на руках маленького мальчика.

– Ничего, ничего, Мики, все будет хорошо, – продолжал приговаривать Бальдини, когда толпа окружила его.

А потом поднял голову. – Мне показалось, будто в темноте кто-то стонет, и там действительно был он, пытался доползти до нас. Посмотрите, как ему досталось. Но все будет хорошо, Мики.

На виске у мальчика выросла шишка величиной с куриное яйцо. Он был очень плох.

– Что случилось, Мики? – спросил Фирамтот. – Твои мысли расплываются.

Мальчик сглотнул.

– Я увидел, – сказал он слабым голосом, – как большой пьяный человек ползет между хижинами.

Он тоже меня заметил и повалил одним ударом.

Карл оглянулся на гостевую хижину почти одновременно с Фирамтотом и был рядом с ним, когда старый вождь шагнул за прикрывающий вход полог. «Слушатель» растерянно хлопал глазами.

В хижине никого не оказалось. В дальней стене зияла рваная дыра. Единственная кровать была пуста, только в изголовье лежала маленькая черная коробочка. Карл поднял ее и вслед за Фирамтотом вышел из хижины.

– Какой из тебя охранник, Тонгев? – распекал Фирамтот «слушателя».

 – Пленник сбежал еще до того, как ты уселся у входа.

– Но я же тебе говорю, – оправдывался Тонгев, – что все время слышал его мысли и это были мысли спящего. – Тут в глазах у него промелькнул страх. – Я и сейчас их слышу. Ближе, чем раньше.

Он посмотрел на Карла, а Карл – на черную коробочку у себя в руках.

– Я понял, – сказал он странным голосом, словно кто-то принуждал его говорить.