Корабль отплывает в полночь

Он видел лишь брови, похожие на кусочки тесьмы от шляпы, впалые аристократические щеки и тонкий, но несколько приплюснутый нос. Лоб сухой, ни капельки пота. Лицо не мертвенно-белое, как показалось издали. Оно чуть отдавало желтизной, как тронутая временем слоновая кость или мыльный камень с Венеры. Бросив взгляд на его руки еще раз, Джо убедился, что они того же оттенка.

За спиной у человека в черном толпилась шумная расфранченная публика. Джо в жизни не видал такой наглой своры.

Стоило лишь кинуть взгляд – и становилось ясно, что у каждого щеголяющего бриллиантами, напомаженного негодяя припрятана пушка под цветастым жилетом и кастет в заднем кармане, а каждая змееподобная профурсетка носит стилет в подвязке и серебряный дерринджер с перламутровой рукоятью за осыпанным блестками шелком пышного лифа.

Но Джо не сомневался, что они могут лишь пускать пыль в глаза, а вот их хозяин (которым, конечно, является джентльмен в черном) по-настоящему опасен. Ему человека убить – что муху пришлепнуть.

Попробуй кто без спросу пальцем коснуться края его одежды, пусть даже случайно, – возмездие последует незамедлительно: или нож в живот, или пуля в лоб. А может, само прикосновение смертельно, – кажется, вся черная ткань заряжена электричеством, словно от трения о слоновую кость.

Если у Джо и было искушение удостовериться в этом, то оно исчезло, стоило еще раз взглянуть на незнакомца.

Ибо красноречивее всего были его глаза. У всех знаменитых игроков глаза темные, глубоко посаженные.

Но у незнакомца они прямо-таки провалились в глазницы. Они были воплощением непроницаемости. Они были бездонны. Две черные дыры.

Джо изрядно струхнул, но куража не потерял. Напротив, он даже исполнился воодушевления. Ведь первое подозрение полностью подтвердилось, и цветок надежды расцвел в его душе.

Ибо это, по-видимому, один из тех настоящих игроков, которые лишь изредка удостаивают Айронмайн своим посещением. Быть может, не чаще чем раз в десятилетие.

Они приплывают сюда на пароходах из Большого Города. Словно роскошные кометы, бороздят эти суда темную водную гладь, а за ними тянутся длинные хвосты искр, вылетающих из высоких, как секвойи, труб. Иногда пароходы казались Джо космическими лайнерами, а их иллюминаторы – шеренгами светящихся астероидов.

А может, и впрямь некоторые мастера прилетали с других планет, где ночная жизнь жарче, а игра – непрерывная горячка риска и наслаждений.