Осторожно, попаданка, или Держись, Дракон, держись

И прямо так, как был, не меняя ипостаси, двинулся туда, где оставил попаданку.

Отказывается покидать зал?

Ронар собирался довести до строптивой девицы, что его приказы должны исполняться безоговорочно и сразу!

***

Вика только подтянула кушетку и закончила обустраиваться, и вдруг – какой-то скрежет, клацанье и топот. Она подняла глаза. Огромный черный дракон стоял на пороге зала и плотоядно пялился на ее голые ноги.

Немая сцена. А потом эта здоровенная рептилия двинулась к ней, медленно переставляя лапы.

Первой реакцией была паника, но Вика задавила ее в корне и заставила себя мыслить в правильном направлении. Дракон - это всего лишь очень крупное домашнее животное.

Она вытянула вперед руку и сказала:

- Стой, где стоишь, и немедленно убери когти. Паркет поцарапаешь.

***

Что?.. Ронар потрясенно замер, не веря своим ушам. Это она ему?

Он просто не знал, как на подобную наглость реагировать. Сам не понял, как сменил ипостась, и хмуро на нее уставился.

А эта девица смерила его взглядом, сложила руки на груди и проговорила:

- А, это вы.

А вот это уже было оскорбительно! Он пошел к ней, твердо впечатывая шаги в СВОЙ паркет.

- Да. Это я, мадам.

И добавил, подавляя ее неотразимым драконьим взглядом:

- А вы ожидали увидеть здесь кого-то другого?

После этого она должна была пасть ему в ноги и взмолиться о пощаде. Вместо этого она пожала плечиком и отвела взгляд к окну.

Рррррога его деда!

Ронара обожгло внезапной ревностью, а в голове зароились сотни мыслей.

Кто из этих мерзавцев мог ей понравился? Герт или Мэрит? То-то Герт все норовил протиснуться мимо него поближе к окну! А Мэрит? Он тут же напрягся, пытаясь вспомнить, где в тот момент был Мэрит.

Однако показывать, насколько это его задевает, Ронар не стал.

Он саркастически хмыкнул, скрестил на груди руки, и не спеша подошел ближе. Девица уставилась на него дерзкими блестящими глазами, губы шевельнулись, как будто она хотела что-то сказать.

Но промолчала.

Ну? Он готов был выслушать извинения.

Однако их не последовало! Ронар выдержал паузу, а потом проговорил снисходительно:

- Должен огорчить тебя, милая. Никого другого, кроме меня, ты здесь не увидишь.

И пристально следил за реакцией.

Ибо мысль, что ей мог понравиться кто-то из этих прожженных ящеров, вызывала острое подгорание где-то глубоко внутри.