Ни пера в наследство

Кто здесь открыл окно?

— Я открыла! Пока птички не стали жарким! Попугаи, конечно, живут лет тридцать, но вас они точно не дождутся! Наследничек! Голодранец! Вон пошел! — и миссис Ноу попыталась ухватить Делано за рукав и вывести, но по-моему она собралась это делать зря. Я даже клетку у него забрать не решалась — столько отчаяния было на его физиономии. Со всей дури еще размозжит себе лоб о стену с разбегу — вон какая тут подходящая, бейся не хочу.

Но Делано поставил клетку сам и бросился к окну.

— Нет! Стой! Куда? — завопила я.

— Придурок, тут всего второй этаж! Акт… — Да он еще и лягается! — Кому нужен этот твой выпендреж? Держите его за задние ноги! Да куда ты собрался, у тебя хоть страховка-то есть? 

— Бимпо-о-о! — безнадежно ревел Делано в бархатную ифрикийскую ночь. Да, если выбраться в саванну, там звезды раскинуты по всему небу. Красота. — Би-и-импо-о-о!

— Проваливай! Нечего тут орать! Люди спят давно!

— Что ты так убиваешься, ты же так не убьешься… ай! Да я тебя сейчас сама из окна выкину!

— Бимпо-о!.

.

— Что у вас там происходи-и-и-ит!

Да апокалипсис у нас, дорогой братец. Все закономерно.

— Тени, хватит орать! Хватит! Стой! У меня к тебе есть предложение! Деловое!

Глава седьмая

Общими усилиями мы стащили Делано с окна. Выглядел он потрепанным и несчастным до крайности, я даже прониклась сочувствием.

— Он был вам дорог? — спросила я. 

— Да я его терпеть не мог.

Ни разу не удивительно.

— Он обгадил мою докторскую диссертацию.

Вот оно что, понимающе закивала я.

Ясно, значит, я у него бельмо на глазу персональное.

— Хорошая же была диссертация, если даже птица не удержалась. Тогда чего вы орали?

— Может, вы все-таки уберетесь отсюда? — неприязненно спросила миссис Ноу. Она, к счастью, накинула тряпки на попугайские клетки, и уцелевшее наследство деда заткнулось наконец. — Вы, доктор Крэсвелл, можете остаться…

— Да нет, я, пожалуй, тоже пойду, — пробормотала я, глядя, как Делано на негнущихся ногах выползает из комнаты. — Всего доброго, не провожайте.

На лестнице была тьма. Наверное, весь дневной лимит социальной помощи государства дом исчерпал. Делано тоже осторожничал, я слышала, как он спускается, даже не ругаясь.

— Лайелл? Мистер Делано? Хоть кто-нибудь!

— Я здесь, Дэй, — отозвался мой предусмотрительный брат и включил фонарик на мобильном. Тени, спасибо за то, что вы так щедро одарили этого человека мозгами. У меня был точно такой же телефон, только другого цвета, но ума явно недоставало.