Ни пера в наследство

— Мозги у него, как ни крути, все же птичьи. Даже вы не сможете его заставить при всех своих методах. Да, мистер Спиногрыз?

Глава двадцать первая

— Я же не виноват, в конце-то концов, что мне досталась эта империя?

Да никто Зака и не обвинял. Мало ли, какие у кого родители. 

— Я ведь был совсем мелким, отсюда и прозвище. 

Мне показалось, с помощью Кости он отлично справляется с наследством.

— А как теперь быть с Моржовым Хреном? — спросила я, расправляя складки на пиджаке. Меньше всего я могла ожидать, что мой багаж пополнится на два чемодана: Кости прислал мне все вещи вместе с Ко — или Бо, потому что отпустили обоих.

Это Ифрикия.

— Будем дальше искать, — вздохнул Зак и устало почесал шею. — Знали бы вы, как мне надоело работать на кладбище, но где-то этот клад должен всплыть?

— Кстати, — оживился Лайелл, — по поводу всплытия, это идея. Вы не учитывали, что трупы, которые не успели оставить какое-то завещание, скажем, утопленники…

Аэропорт был в нескольких милях от города, и в окно машины я видела далекую россыпь огней.

С неба то и дело сыпались красные и зеленые искорки, вспыхивал посадочный прожектор, и я будто слышала ровное гудение двигателей. 

Я молчала — нечего было мне говорить. И не смотрела на Делано, которому Зак подарил штаны и все остальное. Правда, Делано хромал, потому что размер ноги у Зака был меньше, но право, какие мелочи. Я тоже планировала слегка похудеть под подарки Кости.

В аэропорту была суета. Не та, которая бывает у нас — напряженная и упорядоченная, а такой, управляемый хаос.

Кто-то бежал, кто-то орал, кто-то тащил кучу барахла, кого-то вели заботливые полицейские то ли на выход, то ли в тюрьму. Мы встали в очередь, и Зак нервно откланялся: обилие людей в форме доставляло ему объяснимый дискомфорт.

— Я думал, вы летите первым классом, — наконец подал голос Делано. 

— Смысл? — пожала плечами я. — Мне терпимо и в экономе.

Лайелл прошел регистрацию гораздо быстрее меня — бизнес-класс для пассажира с особыми потребностями накладывал на авиакомпанию свои обязательства.

Мне нормально было и в экономе, но так, по крайней мере, не в очереди. В салоне у меня было место впереди, а среди кучи людей, каждый из которых намеревался пролезть вперед остальных, приходилось несладко. Делано было хуже: ему постоянно отдавливали и без того страдающие ноги.

— Не жалеете?

— Что вы ко мне привязались? — огрызнулась я и невежливо растолкала напирающих сзади людей. Меня закономерно обругали.