Черный амулет

Саня же не знал, что буквально в последний момент ему ухитрились подменить пистолет, подсунуть другой, с пустой обоймой. Ну а посмотреть на дело Саниных рук тот адвокат так и не успел по той простой причине, что и его самого, и его многочисленную бандитскую охрану лихо повязали Славкины опера как раз в момент встречи.

Вот это все в достаточно сдержанных тонах и поведал Меркулов Ирине Генриховне, решив не затрагивать ее собственную, не самую, честно говоря, красивую роль в той истории. Во всяком случае, постарался объяснить, что смысл «фокуса» – в ловкой подмене важного и обличительного по отношению к Генеральной прокуратуре документа элементарной, живописной фигой.

И Санин «фокус» не канул, выходит, в безвестности, запомнился.

Нет, Ирина, конечно, что-то знала, о чем-то догадывалась, потому что испытывала явное неудобство, когда речь Кости коснулась «нервического» состояния Турецкого. И Меркулов, заметив это, поспешил свернуть свой рассказ, почувствовав, что Саниной супруге даже простого упоминания оказалось вполне достаточно.

А ведь действительно, странная тогда штука получалась. Саня, поди, давно уже и забыл о том факте, а эти адвокаты дьяволов, они, выходит, все знали и помнили. Иначе зачем было повторяться? Но ничем особо опасным такое напоминание Турецкому, а тем более его семье, по мнению Меркулова, не грозило. Но при всем при том следовало принять определенные меры.

А для начала Меркулов посоветовал Ирине ничего не говорить мужу об этом телефонном звонке: не надо заставлять его нервничать.

Достаточно, по мнению Кости, будет тех мер, которые предпримет он сам. Он же, вероятно, найдет и соответствующую форму для изложения Сане краткой сути требований адвоката. Ничего, обойдется.

Перед уходом Ирина, естественно, не преминула задать вопрос о том, как движется расследование террористического акта. Собственно, этот вопрос был у всех на устах. Что мог Костя ответить? Только то, что сам он отстранен генеральным прокурором от ведения следствия по той простой причине, что является лицом, если уж так говорить, заинтересованным в первую очередь.

Да и не дело заместителю генерального лично проводить расследования. А следствие теперь возглавил старший следователь по особо важным делам Володя Поремский, тот самый, что вел под руководством Сани дело рейдеров, но руководству Генеральной прокуратуры, – тут Меркулов скептически усмехнулся, будто сам к когорте руководителей не принадлежал, – показалось, что этого ему мало.