Родовая Магия книга 2

И тут же подпрыгнула!

– Твою же мать… – со страху ругнулась я, прижав руку к сердцу.

У окна стоял манекен, одетый во вчерашнее платье леди. Несколько раз глубоко вздохнув, я, немного успокоившись, осмотрелась. Обстановка была без изысков, но чётко характеризовала странные привычки магини. Минимальный набор добротной мебели, стол, на котором стоял небольшой графин с рюмками и лежали курительные принадлежности, стул с удобной изогнутой спинкой и небольшой диванчик для отдыха. На стенах было развешано оружие, а на полках красиво расставлены миниатюры баталий.

«Кабинет», – поняла я назначение этой комнаты, подметив, что такая обстановка, скорее, подошла бы мужчине, чем женщине в летах. В поисках карты обыскала все ящики. В них лежали, в основном, купчие и деловые документы, а также нож для бумаг в простом деревянном чехле. Взяв нож, я толкнула следующую дверь, и вошла в спальню.

Спальня оказалась выдержана в тёмно-бордовых тонах, в строгом стиле. Высокие окна были зашторены тяжёлыми гардинами, а в центре комнаты стояла огромная кровать с балдахином.

«Без кружев», – про себя сказала я и улыбнулась, вспомнив свою спальню в преподавательском корпусе.

Вздохнув, попыталась отогнать от себя печальные мысли. Сейчас не время предаваться ностальгии. Повернувшись к туалетному столику, я округлила глаза. На нём, накрытая простой льняной салфеткой, стояла бездонная шкатулка.

– Это просто рок какой-то, – прошептала я и пообещала себе, что если и буду делать что-либо на продажу, то обязательно прежде узнаю всё о заказчике.

– Вот так невольно и становишься пособником убийцы и вора сущностей.

С этими мыслями я подошла и прикоснулась к шкатулке. Магия, узнав своего мастера, сразу откликнулась. Нажав на секретный замочек, я открыла её.

Внутри обнаружились два артефакта в виде украшений. Один был из золота, в виде кольца, по периметру которого были вставлены три черных камня, а посередине висела подвеска – золотая цепочка с прозрачным камнем. Второй был серебряный, в виде выгнутой спирали и с таким же прозрачным камнем в центре.

Ещё в шкатулке лежала изрядно потрёпанная тетрадь, записи в которой были сделаны от руки. Изучив несколько первых страниц, я поняла, что она зашифрована, и, чтобы прочесть записи леди Ревалье, придётся изрядно постараться. Найдя в шкафу холщовую сумку, я засунула в неё тетради из библиотеки, содержимое шкатулки и нож. Замок своего изделия заблокировала, надеясь – леди сочтёт, что шкатулка не вскрыта, а просто сломалась.