Чародеи. Назад в кино СССР

» Выходит, подвел я своего полного кинотезку! Мне по приколу, а ему — прогул. И с «Доски почета» снимут. Ежели, конечно, он там висит... Ладно, надо двигать, покуда не проснулся...

Выйдя из комнаты, я едва не перецепился через ведро с грязной водой, из которого торчал кусок мешковины. Пришлось подпрыгнуть, чтобы все это хозяйство не загремело по всему коридору. М-да, я в реальности я бы так не смог. А во сне — ничего. Взлетел почти к самому потолку. Приземлился и потопал к выходу. Не прошел я и двадцати шагов, как на меня выкатилась очкастая девица, черт знает как одетая.

Серая юбка, перекрученная в поясе, белая блузка на полувыпуск. Полу — потому что справа подол был заправлен, а слева — нет.

— Пухов, ты членские взносы уплатил?

— Уплатил, — не моргнув глазом сказал я.

— Сейчас посмотрим, — проговорила очкастая, открывая общую тетрадь в черной липкой обложке и ведя пальчиком по строчкам записей. — Та-ак... Пухов, Пухов, Пухов... Пухов!.. Действительно уплатил!

— Ну вот видишь!

— За — ДОСААФ, а за ОСВОД — нет!.

. Задолженность накопилась!

— Сколько?

— Пятнадцать копеек!

Я выгреб из кармана мелочь, отколупнул пятнарик и всучил ей. Хотел было продолжить путь к выходу, но она меня тормознула, заставив расписаться.

— Ты блузку либо совсем заправь, либо вытащи, — посоветовал я. — И юбку поправь!

Она вспыхнула, как пожар в джунглях в час ночной — есть, кажется, такая песня — и исчезла за одной из дверей. Устранив препятствие, я устремился к выходу на лестничную площадку. Бодренько спустился на первый этаж.

Осталось преодолеть еще несколько ступенек, чтобы очутиться на воле. Не тут-то было. Лестничная площадка первого этажа оказалась перегорожена письменным столом, за ним сидел дородный дядька, лет шестидесяти, в кителе, но без погон.

— Пухов! — заорал он. — Почему не на работе?!

— Тебя не спросил, — пробурчал я.

— Лодырям, пьяницам и прогульщикам не место в нашей жизни! — провозгласил он. — Поставлю вопрос перед комендантом о лишении московской прописки.

— Напугал, — сказал я и выкатился на улицу.

Жаркое московское лето, заметенное тополиным пухом, ударило меня наотмашь — звуками, запахами, обжигающим зноем. Вот это сон!.. Разве такие бывают?.. Не, ну эти бездарные сценки в общаге, напоминали кошмар, но лето... Его же не подделать!.. Оно настоящее. Вон мчатся по улицам ретроавтомобили, и не для парада, а просто так, по делам... Бабульки тащатся с кошелками, в магазин намылились, видать... Детишки на трехколесных великах катят...