Долг самурая

На лице явственно читались усталость и полное безразличие к женщине, которая сидела напротив него.

Еще одна подозреваемая.

Одна из многих.

И так же, как все, будет юлить и изворачиваться… Как все.

А потом признается.

Но даже если не признается – один черт: вина ее будет доказана.

Ирина, сидевшая по другую сторону письменного стола, смотрела на следователя с некоторым удивлением. Она до сих пор не пришла в себя после процедуры ареста и обыска, и все окружающее казалось ей дурным сном, в который она погрузилась, перебрав со снотворным.

– Значит, вы все отрицаете? – произнес следователь сухим, скрипучим голосом.

– Не все, – возразила Ирина. – Но меня удивляет – почему вы прицепились именно ко мне? Ведь должны же у вас быть убедительные основания. Улики, наконец?

Губы следователя изогнулись в сухой, острой усмешке.

– Значит, «прицепились», – повторил он. – Забавное словцо. Да будет вам известно, что мы никогда и никого не «цепляем» просто так. Впрочем, вы сами должны это знать. Что вас так удивляет? Вы последняя видели Томоаки Икэду живым.

Так? Так. Его машина найдена у вашего дома. Так? Так. Свидетели показали, что из здания компании вы вышли вместе. Или все это ложь и выдумки сотрудников «Ти Джей Электронике»?

Ирина вздохнула.

– Нет, не выдумки. Мы действительно вышли вместе. Так и было. Но в этом нет ничего криминального. Икэда довез меня до дома…

Следователь издал горлом короткий смешок, похожий на звук треснувшей ветки.

– Почетный председатель российского филиала крупнейшей японской фирмы-производителя электроники? – саркастически произнес он.

 – Сам довез вас? Не вызвал такси, не отправил одного из шоферов?

Следователь покачал головой, как бы говоря: и вы думаете, что я поверю в эту чушь? Ирина нахмурилась. Теперь ей казалось, что она принимает участие в каком-то диком, бездарном спектакле, где ей выпала роль жертвенной овцы.

– Меня тоже это удивило, – сказала Ирина хмуро. – Но могу объяснить.

– Попробуйте, – сухо сказал следователь.

– Ну… – Ирина пожала плечами. – Икэда, наверное, хотел мне помочь. Хотел удостовериться, что со мной все нормально. Я плохо себя чувствовала. К тому же он сказал, что все равно едет в аэропорт…

Следователь вдруг сдвинул брови и резко, как пловец, прыгнувший с тумбы, подался вперед.

– Спала с ним? – грубо и резко рявкнул он. – Любовница его? Первый раз? Или давно?

Как ни эффектен был прием следователя, но на Ирину, похоже, он не произвел никакого впечатления.