Долг самурая

Некоторое время следователь молчал, буравя лицо Ирины глазами-иголками, затем тоже вздохнул и сказал:

– Что ж, начнем все с начала.

8

Это был закуток широкого, светлого, недавно отремонтированного коридора. Закуток выходил на лестничную площадку. На стене, чуть левее от окна, висела табличка, гласившая, что здесь располагается «Место для курения». Об этом же недвусмысленно напоминала и маленькая жестяная урна, заваленная окурками.

У окна стояли двое. Александр Борисович Турецкий выглядел так, как выглядят люди после бессонной ночи.

Замгенпрокурора Константин Дмитриевич Меркулов смотрелся ничуть не лучше.

Меркулов и Турецкий курили и негромко переговаривались, экономя слова и эмоции, как, собственно, и следовало поступать в стенах этого здания.

– Что еще? – спросил Александр Борисович, пуская дым и щуря красные от бессонницы глаза.

– Еще рядом с трупом валялись ключи от машины Икэды, – ответил Меркулов.

– Машину действительно нашли у нашего подъезда?

Меркулов кивнул:

– Да.

– А что с трупом? Ты же говорил, что его сожгли. Как удалось идентифицировать?

– Труп с помощью дактилоскопии идентифицировать невозможно, пальцы обгорели. Но фрагменты тела собрали, отправили на экспертизу.

– Ну да, ну да, – кивнул Турецкий, задумчиво хмуря брови. Неожиданно он со злостью воткнул окурок в бортик урны и хрипло проговорил:

– А Ира, Ира, Ира тут при чем!? На ней утром лица не было, еле двигалась.

– Да, но…

– Ну, довез он ее до дома, и что? – перебил Александр Борисович.

 – Кто-то видел, что они вместе из дома выходили?

Меркулов сделал успокаивающий жест и быстро посмотрел по сторонам.

– Саша, тихо, – сказал он. – Ты же сам знаешь, что волнение в данных случаях противопоказано.

– Ирина – моя жена, – холодно проговорил Александр Борисович. – А ты предлагаешь мне не волноваться?

– Я предлагаю тебе держать себя в руках, – в тон Турецкому ответил Константин Дмитриевич. – Ты знаешь, что… Ты постой тут.

Только спокойно. Просто – стой и жди. А я кое с кем переговорю. Договорились?

Турецкий молча кивнул.

– И не волнуйся. Мы уладим это дело. Это я тебе как твой друг обещаю.

Меркулов затушил окурок и вышел в коридор. В этот момент дверь одного из кабинетов открылась, и в коридор вышел пожилой, одетый в штатское генерал ФСБ Спиваков, сухой, но широкоплечий и с мускулистой загорелой шеей. Он стремительно зашагал по коридору, удаляясь от Меркулова.