Красный лист

А вот интересно, что тут едят барсы, ну кроме оставшихся на ночь путников?

На второй площадке было написано: «Живущий в долине, освещённой Харрадом, благословен светом. Мы были первыми здесь из начала. До нас доначальное эхо здесь путь обретало. Песня из сердца течёт, наши мысли тревожа. – Шрифт, размер, наклон – один в один, как на первом месте, но писал другой. – Долина прекрасна, чтобы путь свой закончить, выпустив силу, придав направление (...) благое дело (...). Мать и отец путь твой не ведают, шаг твой поддержат и силу дадут (.

..). Твой путь только твоё ст(...). Воля твой выбор или свобода».

Третья площадка уже намного выше, и тяжело добираться. «Ждущий в долине Харрад совершенный благо дарует идущему силой. Прими мой подарок или исчезни. Нет и не будет тревожнее песни, чем слово о силе, текущей беспутно. Лучше быть камнем, в поток погружённым, чем гордой птицей, на ветке сидящей. Нет в спокойствии силы и нет движенья, прими мой наказ или исчезни. Нет и не будет печальнее песни, чем слово о мысли, застрявшей в страницах.

Лучше быть ветром, ищущим славы, чем словом о силе, текущей беспутно».

Выше ещё штук... листов шесть-семь. Не полез, перемкнуло меня, не пониманием, а чувствованием... потребностью... переизбытком... найти место и выплеснуть силу... Она раздирает меня изнутри... Лучше быть камнем в потоке.

Вождя я нашёл у ворот собирающим караван.

– Мне нужно... идти.

– Нет совет, нет жит, сомер кошак.

– Я вниз... или вверх... в пещеры...

– Гул мало... топ тихо.

– Пойду осторожно.

– Хорошо... как найдёшь, дат волу.

Я шёл тёмными пещерами, коридорами. Думать… Сегодня я понял, думать – это не моё. Чувствовать? Тоже так себе. Делать? Ближе...

Место силы... коридор. Трёхсветная аскеза – поголодать три дня, выпустить силу? По месту разберёмся.

Я думал... хоть я и понял, что думать – это не моя сильная сторона, но как-то уже... привык, что ли. Я думал, лениться – это просто. Нет, лениться – это настолько трудозатратный процесс... Тело требует движения и, если отвлечься, начинает двигаться самостоятельно.

Мысли, те ещё... снуют, лезут, ищут смыслы. Первый мой день – каторга. Устал, как... сильно устал.

А потом... второй день. А на хрена собственно надо ему... телу? Да и... пускай... и мысли пускай... Тяжело. Второй день я контролировал контролёра, не позволяя ему контролировать. Архи... зело... очень тяжело.

А потом... третий день. А собственно... на хрена я отпустил всё, что мог, знал, не знал, труды, силу, свет и тьму...