Дорогие девушки

Глаза ее лукаво блеснули, и она весело произнесла:

– А, понимаю, понимаю. Вы пришли убедиться, что я – это не она. Так?

– Так, – кивнула Турецкий.

– Ну и как? Убедились?

– Да. Но, если вы позволите, я хотел бы вас сфотографировать.

Марина нахмурилась.

– Для чего это?

– У девушки, которая пропала, есть очень ретивая подруга. Пока она не увидит вашу фотографию, она не успокоится.

– Ясно. Она что, сумасшедшая?

– Может быть, но я не психиатр, чтобы выносить диагнозы, – сказал Турецкий. – Так как, Марина? Позволите вас сфотографировать?

Женщина пристально посмотрела на Турецкого и томно улыбнулась.

– А что, если я откажусь, Александр Борисович?

– Тогда я вынужден буду привезти эту женщину сюда, и мы будем караулить вас у подъезда.

– И все это лишь затем, чтобы взглянуть на меня?

Турецкий кивнул:

– Именно.

Некоторое время Марина с любопытством разглядывала его, потом положила ему руку на колено и с усмешкой заметила:

– Поганая у вас работа, Александр Борисович.

– Я сам от нее не в восторге, – ответил Турецкий, бросив взгляд на руку девушки, лежащую у него на колене.

– В каком же ракурсе вы хотите меня… сфотографировать, – хрипло спросила Марина, чуть-чуть приближаясь к Турецкому. Ее рука скользнула выше по его бедру.

– Ракурс у нас будет самый простой, – сказал Александр Борисович. – Анфас.

– Лицом к лицу? – уточнила с улыбкой девушка. – Мне это нравится. Это мой любимый ракурс.

Она еще ближе пододвинулась к Турецкому.

– Александр Борисович, вам кто-нибудь говорил, что вы очень эффектный мужчина? – тихо спросила Марина.

– Говорили, и не раз. Но это было давно. Слишком давно.

– Хотите сказать, что вы уже старый?

– Мне под пятьдесят, – ответил Турецкий.

– Для мужчины это не возраст, – сказала Марина, приближая свои губы к его губам и переместив руку еще выше.

Турецкий медлил. Полы халата девушки слегка разошлись, открыв часть груди и живот.

– Ну, что же вы? – прошептала Марина, почти касаясь губами его щеки.

– Дело не в нем, – сказал Турецкий.

– А в чем? Со здоровьем у вас все в порядке – я это чувствую. Что же вас останавливает?

– Я женат, – сказал Александр Турецкий.

– Ну и что? Думаете, ее это останавливает? Или ваша жена святая?

Внезапно Турецкий почувствовал злость. Он легонько оттолкнул от себя девушку и поднялся с дивана.