Бильбо Бэггинс, мистер кот! Неоконченные предания

Можно я его не больно убью?

Кладовка у Беорна была не чета хоббичьей… Фили и Кили несколько растерянно оглядывали многочисленные полки, кувшины, мешочки, связки лука и чеснока, веники из сушеной травы (эти на кой?!) и притаившиеся в углах пузатые бочонки…

— И как мы тут ее найдем? – упавшим духом Кили огорченно нахмурился.

— Медовуху ищите? – громыхнуло над головой и парни чуть не сели там, где стояли.

— НЕТ!! – дружно соврали они в голос.

— А что? – хитро спросил великан.

— НИЧЕГО!! – хором отвечали братья, которые в минуты «попадания» на каверзе чуть ли не мысли друг друга читали.

— Зря, – припечатал оборотень, по-доброму усмехнувшись виновато-смущенным гномам. Эх, пацанье-молодняк! – Хорошая медовуха! Сам варил. А что вы тогда сюда пришли?

— Так мы эта… – пробормотал Кили. – Просто так… что тут, посмотреть…

— Ага, ага… – покивал Беорн насмешливо. – … а вдруг я тут шкуру прячу? Днем под замком прячу, ночью на себя натягиваю…

Братья дружно вытаращили на него глаза.

— А вы…? – тихо вопросил светленький.

— Нет, конечно! – припечатал его Беорн. – Дурни, с оборотнем-кошаком сколько были, а ничего про нас не знаете!

— Ну почему? – обиделся Кили. – Кое-что знаем…

— Знают они… – проворчал Беорн, отворачиваясь и выбирая бочонок. Такой, чтобы руки этих двоих занять. Знает он молодняк… да и гномы все обычно очень уж шумные! Пусть уж всласть медовухи попьют, захмелеют и задрыхнут покрепче. Всяко спокойнее ночью будет!

— На-ко вам, тащите к столу! – велел он, сгрузив выбранный бочонок в руки юнцов.

Те аж присели от тяжести, но не уронили.

— А кувшины не трогать! – внушительно рыкнул на них оборотень.

— А-а… что там? – еле выговорил любопытный Кили.

Под дружными взорами молодых гномов, Беорн нахмурился.

— Не надо это вам, не надо и все! – буркнул он с досадой.

— Почему это? – вопросил светленький из братьев.

Беорн чуть не треснул себя по лбу. Теперь эти двое из любопытства точно полезут к бутылям и кувшинам! Беды не оберешься… тьфу, молодняк!

— Это для оборотней, – проворчал он с досадой.

Кряк!

Беорн с непередаваемым чувством посмотрел, как из лопнувшего бочонка, который уронили гномы, растеклась по полу лужа. Сплюнул, взял обоих за шкирки рубах и вышвырнул из кладовки. Вот же… молодняк!

Эх, медвежата…

*** *** *** *** *** *** *** ***

Рыжий кошачий хвост был прекрасно виден.