Факир против мафии

 – Что за чушь? Как это вам взбрело в голову?

– А какова во всем это роль фонда «Миллениум»? – резко спросил Филя. – Этот фонд, кажется, спонсировал деятельность вашей партии?

– Какое это имеет отношение к делу?! – взвился Дубинин.

– Как это какой? – «удивился» Филя. – Ведь «Миллениум» имел свой интерес, спонсируя партию. Возможно, этот интерес не пришелся по душе Канунниковой.

– Чушь! – почти крикнул Дубинин. – Чушь и бред! Елена Сергеевна никогда и ничего не имела против «Миллениума»! А все инсинуации на эту тему – наглая и бессовестная ложь!

– Так, значит, убийство Канунниковой связано с объединением двух партий в один блок, – резюмировал Филя таким голосом, словно ему только что об этом сказал Дубинин.

И без того загорелое лицо Дубинина еще больше потемнело. Глаза налились кровью, а тонкие губы мелко затряслись.

– Прекратите это! – рявкнул он. – Прекратите это немедленно! Остановите запись!

Сева Голованов послушно отключил камеру.

– Интервью закончено! – холодно, даже злобно произнес Дубинин.

– Жаль, – с грустью сказал Филя. – Жаль, что у нас не получился диалог. А я так рассчитывал на вашу помощь, Эдуард Васильевич.

Ладони Дубинина сжались в кулаки, он тряхнул этими внушительными кулаками в воздухе и рявкнул, как рассерженный лев:

– Вон! Вон отсюда, мерзавцы! И чтоб ноги вашей больше здесь не было! Я приложу все усилия, чтобы вас уволили с телевидения!

Филя улыбнулся, встал с кресла и, бросив Севе: «Пошли отсюда», двинулся к двери.

Уже на улице, сев в машину, Филя спросил у Голованова:

– Ну как твое мнение?

Сева пожал плечами и спокойно ответил:

– Слабак. Даже не пришлось особенно давить. Такие в политике долго не держатся.

– Если только им кто-нибудь не помогает, – заметил Филя.

Сева подумал и сказал:

– Согласен.

4

Едва Володя Демидов нажал на кнопку звонка, как за дверью послышались чьи-то быстрые, шаркающие шажки.

– Кто там? – спросил из-за двери звонкий старушечий голос.

– Здравствуйте, – пробасил Демидыч, стараясь придать своему голосу максимально «интеллигентный» оттенок. – Я бы хотел с вами поговорить. По поводу вашей соседки Канунниковой.

– А вы кто? Из милиции?

«Да», – хотел сказать Демидыч, но привычка говорить правду взяла верх.

– Нет, – сказал он. – Я… журналист. Из газеты «Криминальная хроника».