Отказано с любовью!

— Вы про каких родителей говорите? — с вызовом уточнила я.

Линард слегка усмехнулся. Его позабавила моя строптивость.

— Я обещал его величеству Вилиану, твоему отцу, и её величеству Эмилии, твоей матери, позаботиться о тебе.

— Они мне не родители. Какая мать отдаст своего новорождённого ребёнка? Я понимаю, почему отец скрывает мою магию — ему стыдно, что у его дочери светлый дар. Мне не понятно, почему королева-мать отказалась от своей новорождённой дочери? Почему не оставила меня, пойдя наперекор королю?

Усмешка темнейшего лорда стала более саркастичной.

Причём складывалось впечатление, что он насмехался над самим собой.

— Эмилия беспокоилась о тебе. Я пригрозил ей забрать дочь и увезти за океан. Отдать верной мне семье. Не отдай родители тебя в приёмную семью, они бы никогда тебя больше не увидели.

— Почему вы их постоянно защищаете? — вскочила я и отошла за стеклянный столик.

Неосознанно я выставила между нами преграду. Между моим желанием узнать правду и стремлением Линарда до последнего защищать правителей, которым он принёс клятву верности.

Ценой лжи и оговоров себя.

— Тебе лучше поверить мне, Висандра, — настаивал темнейший лорд.

Зря старался.

— Прекратите, пожалуйста, выгораживать их. Уверена, король с королевой прекрасно осведомлены, что ваша преданность им не знает границ.

Уловив иронию в моём голосе, Линард нахмурился:

— Хватит насмехаться над родителями. Они многое пережили ради тебя.

— Представляю, как им тяжело жилось, постоянно пропадая на светских мероприятиях.

Интересно, они успевали хоть изредка видеться со своими наследниками?

— Не смей в подобном тоне говорить о них, — поднялся с дивана темнейший, заставив меня замолчать. — Эмилия не хотела тебя никому отдавать. Умоляла меня не забирать у неё дочь. Я дал им сутки, чтобы с тобой проститься. Твоему отцу пришлось принять удар на себя. Он забрал тебя у матери, пока она спала, и отдал своим верным вассалам. У Лойдов несколько дней назад родился мёртвый ребенок, но об этом никто, кроме королевского целителя, не знал.

Роды были тяжёлые, и пришлось вызвать его. Поступок супруга отдалил королеву. Она до сих пор не простила его.

— Ничего трогательней я никогда не слышала. Вот только в эту сказочку верится с трудом.

Темнейший плотно сомкнул губы, и ямочки в уголках его щёк углубились.

— Висандра, почему ты сомневаешься в моих словах?

— Вы меня за дурочку принимаете? Королям не приказывают. Обычно происходит наоборот.