Главный свидетель

И с папочкой жила, и с его сыном Гришей не брезговала кувыркаться, и муженька законного своего ревновала напропалую. Чудны, чудны дела твои, Господи, как же терпишь этакое?..

Юрий Петрович обошел свою машину, находящуюся на служебной стоянке Мосгорсуда, — на колеса больше никто не покушался. Сел за руль, собираясь ехать к себе на Таганку, в юрконсультацию, чтобы выписывать командировочное удостоверение в колонию строгого режима, находящуюся под городом Потьмой. Но тут заверещал мобильник.

— Гордеев слушает, — сказал спокойно, думая, что это кто-нибудь из своих.

Однако голос был ему неизвестен.

— Слушай сюда, адвокат, — басовито заговорил очень уверенный в себе мужчина. — У тебя халявное дело завелось, да? За сколько взялся?

— Простите, — не повышая голоса, ответил Гордеев, — представьтесь для начала и объясните причину вашего ко мне интереса. Иначе разговора у нас не получится.

— Ну ты фраер! — грубовато хохотнул голос. — Да если я вышел на твою мобилу, неужели думаешь, что мне интересно долго с тобой базарить? Говори, сколько хочешь отступного? И чтоб сразу хер покласть на все твои соглашения! Сумму свою называй!

— Это не разговор.

И тем более не базар. А номер этот забудьте, он вам больше не понадобится.

— Погоди, адвокат, — несколько смягчился голос, — не гони волну! Какая тебе выгода выпуливать-то фраера? Ну два десятка кусков, ну три! Да? А я тебе полтинник отстегиваю. Налом, адвокат! Без налога. Бери и, хрен с тобой, волынь, лепи ему чего хошь, пока он сам копыта не откинет.

Ну прикинул?

— Прикинул, — ответил Гордеев, в глубине души понимая, что совершает очередную ошибку, продиктованную пресловутой профессиональной честью. — Считай, братан, базара у нас с тобой не было.

И отключил трубку.

Вот они и обозначились окончательно — первые-то ласточки. То — колеса, теперь — предложение взятки, потом пойдут угрозы. Кто-то категорически не хочет, чтобы дело, по которому сел Репин, начали пересматривать.

Теперь уже не зевай и гляди в оба, Гордеев! Полтинники просто так не предлагают, тем более не за дело, а, наоборот, за безделье.

Номер мобильника придется переиграть. По этому уже спокойно жить не дадут, советами замучают. И Юрий Петрович переменил свое решение: поехал не на Таганку, а в центр, на Неглинную улицу, в частное охранное предприятие «Глория», которое занималось не только охранной деятельностью, но и частным сыском.