Ночные гости

Стражник неожиданно почувствовал жгучее желание сигануть следом за графом из окна, лишь бы не оставаться один на один с отчаянно жаждущей развлечения женщиной в мгновенно ставшей ужасно маленькой спальне.

- Позвольте идти, вашство? – осведомился Курт, незаметно, но очень быстро отступая к двери.

- Знаешь, служивый, - ответила королева, кладя новый болт в ложе арбалета. – А ты ведь много видел!

- Я абсолютно слеп, моя королева.

- Но меня ты, как я вижу, разглядеть успел? – не сдавалась благородная дама, крутя ворот.

- Я евнух, вашсво!

- Но у тебя наверняка есть друзья, которым ты захочешь все рассказать, верно?

- К сожалению, среди стражников я изгой, - Курт нащупал спиной дверь и буквально вывалился в коридор, не выпуская из рук алебарду. С неподобающей возрасту и положению грацией, забыв о доспехах и ревматизме, он развернулся в воздухе, и как королевский курьер, взяв низкий старт, устремился наружу из проклятущего королевского крыла, щелкая старыми коленями громче, чем подкованная лошадь – копытами.

- Жаль, - вздохнула королева, отправляя арбалет в шкаф. – А с виду такой интеллигентный мужчина. И с графьями, вон, знаком.

Она взглянула на разметанные по полу простыни, вязки и веревки, и, решив, что на сегодня поток посетителей иссяк, упала прямо на не заправленную кровать. В конце концов, королевы имеют право иногда побыть неряхами.

А Курт тем временем пронесся темными коридорами, перепрыгнул труп убийцы, над которым уже почти организовался новый призрак, напрочь позабыв о мародерстве, выскочил из дворца, не сбавляя ходу оббежал его и остановился у конюшни.

- Антуан! – шепотом, от которого лошади в конюшне прянули ушами, позвал он. – Антуан!!!

- Я здесь, Курт, - тихий грустный голос доносился с крыши конюшни.

- Нельзя ли потише, дружище? Королева может услышать – её окна как раз над вами, - Курт приставил лесенку и, поднявшись на пару ступенек, взглянул в лицо графу.

- Королева? А ты думаешь, кто постелил мягкую соломку на крышу конюшни? Кто приготовил лесенку, на которую ты взгромоздился? Кто, наконец, так удачно построил высокую конюшню прямо под окнами третьего этажа? – Антуан де Брок лежал, уставившись в небо и удобно подложив руки под голову. На лице его играла задумчивая улыбка. Он будто видел в небе что-то столь же приятное, как жаркий камин в зимнюю ночь.