Разыскиваем маму. Срочно. Том 3

И еще одна важная вещь, о которой тебе следует знать. Согласно документам детей, магические силы которых истощались до критического уровня, ведущего к смерти, отводили умирать в лесную хижину, а после хоронили где-то там же.

– Да, одна дамочка сказала мне, что это делал Джозеф, желая проводить детей в последний путь, – сглотнула я, чувствую, как начинают дрожать пальцы – верный признак того, что мои нервы на пределе.

– Скорее всего, эти дети живы. – Дитрих чуть наклонился ко мне и положил свои руки на мои дрожащие пальцы, чуть сжимая.

– В хижине нет истинных эманаций смерти, что означало – никто именно там не умер. А там, где устроили кладбище и якобы хоронили детей, никаких останков нет. Маскировка. Качественная, талантливая, способная обмануть многих магов, даже королевская стража была шокирована. Но не меня, дракона. Суть магии мы видим лучше всех в этом мире.

– Дети живы.

– Верно. И это самое главное. С одной стороны. А с другой… мы не знаем, где они и что с ними. И за всем этим стоит добрый наставник Джозеф, умудрившийся убежать от дракона, – закончил Дитрих.

– Думаешь, они в опасности? – спросила я, глядя на руки Дитриха.

Большие и теплые.

– Навряд ли. Слишком много усилий приложили, чтобы этих детей вытащить отсюда. Возможно, Джозеф просто хороший и могущественный человек, не способный терпеть такую несправедливость, – Дитрих ободряюще мне улыбнулся. – В любом случае, детей мы уже ищем.

Слабое утешение, конечно.

– Попробуем верить в хорошее, – ответила я.

– Ты сама как?

– В каком плане? А, я не пострадала.

То есть, пострадала, но совсем немного, и лекарь уже все исправил.

– Я говорю сейчас не про физическое состояние, – нахмурился Дитрих. – А про то, как ты себя чувствуешь морально. Очень сомневаюсь, что ты привыкла к тому, что тебя похищают всякие мрази. Да и то, что происходило в этом поместье… Мои люди мне уже рассказали. И это далеко от нормального. И от того, что обычный человек может спокойно принять и воспринять.

– Я… – я начала и поняла, что не могу соврать.

Нет, не по каким-то убеждениям. Слово «хорошо» отказывалось выходить.

– Я…

И слово «в порядке» тоже.

Как будто его физически что-то не пускало. Что с мной? Я невольно потянулась рукой к горлу, словно пыталась нащупать этот самый барьер, не позволяющий словам выйти.

– Кира.

– Что?

– Ты сейчас не сможешь соврать. – Дитрих потянулся и погладил меня по щеке. – Совсем. Физически не сможешь сказать ложь.

– Почему? – возмутилась я.