Разыскиваем маму. Срочно. Том 3

– Вы… правда не злитесь? – Алекс повернулся и взглянул на меня снизу вверх так быстро, что если бы я не смотрела на него пристально, то пропустила бы этот момент.

Я вздохнула, подошла к нему, присела немного и крепко обняла мальчишку:

– Я рада, что ты цел и невредим.

– И вы меня не ненавидите? Дядя не соврал? Он не стал бы не врать, но вдруг он и сам не знал.

– Я могу тебя любить, но ненавидеть? Ни за что, – ответила я, крепче обнимая совершенно не сопротивляющегося Алекса.

Еще и по голове погладила.

Алекс подозрительно зашмыгал. Неловко обхватил меня руками и прошептал:

– Точно?

– Точно. Ты мне очень дорог, я испугалась за тебя, возможно, немного злилась, но никогда не думала, что смогу ненавидеть тебя. Даже такой мысли не возникало. Ты там что, плачешь? – спросила я.

– И что? Вы же не Соломон, чья шерсть прекращает блестеть от моих слез и сопель, – обиженно буркнул Алекс, положив голову на мою плечо.

Наглая мелочь. Глупая мелочь. И даже уши не надерешь…

– Только не сморкайся в меня, хорошо? – сказала я со смешком, обнимая ребенка и поглаживая его по голове.

– Я постараюсь...

Алекс старался: мое плечо было залито слезами, а вот высморкался Алекс в красивую салфетку, подставленную под декоративную вазу. На мои приподнятые брови и молча продемонстрированное удивление отреагировал кратко:

– Дядя говорит, что эти пылесборники все равно никому не нужны.

Я присела обратно на кровать, наблюдая за Алексом, который отправил использованную салфетку в мусорку. А после глянул на меня как-то странно. Не решался что-то сказать? Или что? Я ободряюще улыбнулась, и Алекс тут же подскочил, плюхнулся на мою кровать, сбросив обувь, а после и вовсе забрался с ногами.

– Я тут надолго? – полувопросительно сказал он.

– Как пожелаешь, – кивнула я. – Но пить, есть, спать разве не хочешь?

Алекс мотнул головой:

– После прохождения наказания нас всегда заставляют плотно поесть, выпить лекарства и еще поспать.

– Ты… не первый раз проходишь наказание? – осторожно спросила я.

– Нет, конечно, – сказал Алекс. – С возрастом я умнею и не делаю глупостей. То есть, почти не делаю. А в детстве, ну, я чуть больше глупостей делал. Папа намного строже дяди, так что башню наказаний я посещал частенько.