Псих поневоле

Мы тут же рухнули лицом в снег, а нестихающий шквал пуль перерезал тело начальника службы безопасности, и по совместительству злобного папашки, надвое и начал косить ряды врага.

Опоздавший БТР стоял в очень удобной позиции, не позволяющей вести огонь всем машинам противника разом, и пока одна из сдвоенных пулемётных турелей выкашивала живую силу, вторая дырявила севшую вертушку и сбивала оставшуюся пару в небе, третья долбила по бронемашинам.

Местные БТРы выглядели как смесь «бульдога с носорогом», этакие «корабли на колёсах» с тремя орудийными башенками, как у боевого корабля.

С другой стороны, учитывая местные реалии — творцы оружия (и не только) вряд ли ограничены ненавистным сопроматом, который я сдал в универе с третьего раза.

Вся вакханалия длилась меньше десяти секунд, но тут очухались экипажи и изрешетили предателя.

Из насквозь дырявого, горящего БТРа выскочило что-то зелёное, страшное, обвязанное стрингами и с четырьмя подозрительными свёртками. Свободных стеблей у фикуса было ещё много и кроме свёртков, он держал пару больших винтовок, связку гранат и высушенный труп человека.

Вылитый инопланетный коммандос...

Поскольку, живых людей, кроме нас с Оляной, на снегу не стояло, а реакция экипажей бронемашин осталась загадкой, то офигели только мы. Фикус, не дожидаясь шквального огня, ловко бросил пакеты в БТРы и, когда те упали на броню, выстрелил в них из винтовок.

Жахнуло от души! Из дымящейся, искорёженной техники выпрыгивал экипаж, но, к их ногам тут же летели и взрывались гранаты.

Только двоим оперативникам из всех четырёх машин удалось пережить безумную атаку фикуса, отбросившего опустевшие винтовки, но Оляна была уже рядом и просто перерезали глотки контуженным бойцам.

Кровь, кишки, гарь... Я был чертовски рад, что попал в этот замес с пустым желудком и уже немного притупленным обонянием, что не позволило мне сполна насладиться запахом свежих, распотрошённых трупов.

— Мы победили! — радостно крикнул я, едва сдерживая рвотный спазм, и попытался обнять подошедший фикус.

— Нарекаю тебя Борис-хрен-попадёшь!

— Благодарю, повелитель! — поклонился зелёный «рэмбо», когда я отпрыгнул от него, уколовшись об острые шипы, которых до этого не было.

— Что с тобой случилось? — я внимательно осмотрел растение.

Сначала я подумал, будто он потерял листья в бою, но теперь стало заметно, что они просто стали мясистее, уже и длиннее, обзаведясь твёрдыми наростами похожими на зубы. Сейчас Борис напоминал не фикус, а алоэ.