Псих поневоле

— Русские не сдаются!

Ясно почувствовав, как планшет хрустнул и погнулся, я даже мельком удивился крепости черепа аристократа. Однако, меня тут же схватили за плечо и, развернув, наградили сильным ударом в челюсть, опрокидывая на землю. Сплёвывая зубы и кровь, я услышал раздраженный голос командира.

— Уберите этого огрызка отсюда и закройте в палате! Талан, ещё копию!

Это был эпик фейл! В мою перевозбужденную голову как-то не дошло, что в природе существуют резервные копии. И это мне, программисту со стажем! Кажется, этот мир на меня плохо действует.

Один из бронированных бойцов убежал и с трудом протиснулся в ту самую комнату, до которой я не успел добраться, а меня вновь подняла в воздух пара оперативников. Тут я заметил, как на поверхности слизи на долю секунды мелькнул серебристый цилиндр, когда закованный в броню солдат поднимал обломок двери со дна бассейна. Мне нужна та штука! Но, годных идей не было и я поступил так, как велела непредсказуемая Русская Душа.

— Рафти, репка, больфая пребольфая! — торжественно воскликнул я улыбаясь окровавленным и беззубым ртом.

Могучая струя, с глухим звуком, забила в толстую броню, а когда Люкар резко развернулся, то и в золотого орла. Напора, чтоб достать до лица почти двухметрового мужика, не хватило, но я и так добился того, чего хотел! Наверное...

Командир побагровел и тут же ударил меня закованной в сталь ногой в грудь, отбрасывая тощее тело к стене, словно тряпичную куклу. Чёртов Чак Норрис! Ударившись о препятствие спиной и отскочив от него словно сдутый мяч, я рухнул на пол, а рядом шлёпнулось нечто, похожее на огромную, чёрную пиявку, размером с батон.

Вот только со стороны брюшка оно напоминало единый большой рот со множеством небольших сосочков, а может оно даже больше походило на влагалище, но я выкинул подобное сравнение из головы — мне еще сексом в этом мире заниматься... надеюсь — не хватало мне таких страшных воспоминаний о зубастой... гхм... короче...

«Интересно, а бойцы используют её только по прямому назначению?» — всё же проскочила дурацкая мысль и я помотал головой.

Существо истекало синей кровью и конвульсивно дёргалось, периодически оголяя то ли шипы, то ли зубы из сосочков и тут же пряча их обратно.

Мои руки, за которые меня держали до этого, оказались вывернуты из суставов, а в легких что-то булькало, видимо их пробило сломанными ребрами. Странно, но боль была приглушённой — её перекрывало чувство эйфории и какой-то нереальности происходящего.