Я, колдунья и полосатый кот

Да, теперь язык не поворачивался назвать её «девахой», похоже, наоборот, просчитывала, как сделать красиво, но максимально естественно, дабы не оказаться заподозренной в нарочитости.

— Подкрепись. Репа пареная. Хватай, не робей! Она не горячая. Тёплая.

Я ухватил один из золотистых клубней, надкусил... М-м-м! Вкуснотища! Я никогда раньше не пробовал репу. На вкус похоже на сладкую картошку. Нет!

— Напоминает батат! — воскликнул я.

Агриппина взяла ложку и треснула меня по лбу.

— Когда я ем, я глух и нем! — назидательно проговорила она.

— Ну да, — пробурчал я. — Закрой рот и ешь суп.

— Што? — то ли не расслышала, то ли прикинулась глухой травница.

Болтать больше не хотелось. Доедал я молча. Добавки себе прихватил. Тянул время: надо решить, что делать дальше. Оставаться на ночь мне никто не предлагал. Подлечили, накормили, а дальше выставят за порог. И куда мне, назад в ковыль возвращаться, следы своей лаборатории разыскивать? Бесперспективняк. А ночевать под открытым небом страшно.

Попроситься самому на ночь остаться? Это нарваться на очередные насмешки. «Вот молодяжнеки пошли, лес им страшный!» Как пить дать, так и скажет. Василия своего наконец-то позовет, чтобы вместе ржать.

— Ну, што надумал, калечный? Мысль-то смотрю посещала тебя, — Агриппина, уткнув руки в бока, насмешливо вскинула брови.

— Переночевать можно? — взмолился я, на всякий случай протягивая руку к чугунку с репой.

— Можно, — легко согласилась девушка. — В кладовке тебя запру, штоб по хороме не шастал.

Я ошеломлённо заморгал.

— Испужался? — засмеялась Агриппина. — Не запру. Ты ж у меня там все припасы сожрёшь. Вон, репу уже по карманам распихал, не успела отвернуться. На лавке спать постелю. А Василий за тобой присмотрит.

Глава 3

Если вы подумали, что за ночлег не пришлось платить, то я вас разочарую. Не успела ещё магия доброты рассеяться, как мне вручили два ведра и, задумайтесь, коромысло!

— Дров нарубить не наказываю, пусть раны заживут, а водицы натаскать, тут и дитятя справится.

Травница подтолкнула меня к двери.

— Што встал-то?! Топай. За плетень выйдешь, полверсты на восход махнёшь, там колодец и обнаружишь. Токмо не сверзнись туда, вылавливать не стану.

Я уныло поплёлся выполнять задание.