Мастер из качалки - 3

– САТИ…ЧЕГО?! – прорычал в ответ глава секты Жёлтых облаков.

– Моё имя подло опорочили, поэтому я Су Чень из Мудан готов ни словом, а делом доказать свою виновность! Если уважаемая Чень Сифень права и в этом бутыле действительно яд, тогда позвольте мне отпить из неё!

– БЕССМЫСЛИЦА! МЫ ПРОСТО ПРИГЛАСИМ АПТЕКАРЯ НАШЕГО КЛАНА, И ОН ЛИЧНО ПРОВЕРИТ ВИНО…!

– Протестую! Вы заинтересованная сторона, а значит, не можете использовать своё служебное положение для проведения экспертизы!

– ДА ЧТО ЭТОТ СОПЛЯК СЕБЕ ПОЗВОЛЯЕТ?! И ПОЧЕМУ ОН ВООБЩЕ СТОИТ НА ГОЛОВЕ…?!

– Глава Ляо, усмирите свой гнев! – раздался новый голос с трибун.

– Я, как главный Хранитель устоев и Поборник законов Мурима, заявляю: этот юноша прав в своих суждениях. Я соболезную вам как отцу опозоренного сына, но он прав: правосудие должно быть слепо и непредвзято. Я вызову сюда аптекаря Альянса Мурим…

– Протестую! – снова подал голос неугомонный мальчишка. – Подчинённые альянса Мурим уже запятнали свою честь на этом турнире.

До начала нашей схватки Ху Ляо во всеуслышание заявил о том, что подкупил распорядителя турнира, с целью свести нас с ним в первом бою. Исходя из этого, я высказываю ноту недоверия всем служителям Альянса Мурим…

– ЧТО ЗА ВЗДОР?! МОЙ СЫН НЕ МОГ ТАК ПОСТУПИТЬ…! – ещё яростнее, чем прежде, взревел глава Ляо.

Однако в отличие от прочих, этот его крик был поглощён шумом толпы. Тут и там стали раздаваться голоса:

– А ведь точно, я тоже это слышал!

– Да, было такое!

– Ага, я стояла совсем рядом! Юный господин и правда этим хвастался!

Внезапно вся площадь загудела, словно рассерженный улей.

Чуть ли не каждый из присутствующих считал своим долгом поделиться своей версией того, как всё было на самом деле. Чинное судебное заседание стремительно превращалось в балаган.

– Тишина!!! – вскочил со своего главный Хранитель устоев и Поборник законов Мурима достопочтенный Джиян.

Голос мудрого старца пронёсся над толпой, и волны народного смятения стали потихоньку утихать.

Чень Сифень с облегчением выдохнула. Слова Су Ченя заставили её поволноваться. Однако, вспомнив его первое предложение, она внезапно осознала, что юнец Мудан, сам того не подозревая, загнал себя в ловушку.

Что ж, если ему так хочется самолично испить эликсир Сокрытой правды и после опозориться на глазах у всего Небесного кряжа, то кто она такая, чтобы ему мешать?

Губы наставницы Эмэй сами собой растянулись в улыбке.