Спокойно, тётя Клара с вами

Ниже впишите соответствующий год календаря королевства Райм».

Если со своим годом справлюсь без проблем, то с местным загвоздка. Знать бы сперва, какой текущий...

— Тётя Клара, можно вас отвлечь? — В комнату вошла Калами.

Я отложила перо далеко в сторону, чтобы не поставить случайную кляксу на важных документах.

— Ты почему не в кровати? Что-то случилось?

— Нет. Просто... — девочка сделала паузу, подбирая слова. — Я просто хотела сказать спасибо за близнецов и Ривена. Сами-то они не догадались.

— Забудь, — махнула рукой.

— Ребята сделали выводы и обещали больше не минировали школу, это главное.

Калами вздёрнула подбородок, будто оскорблённая королева:

— Не забуду. Нам не нужно никаких благодеяний, я верну за них долг. Чего вы хотите?

Какая решимость! Грех не воспользоваться возможностью, раз она сама плывёт в сеть. Другого такого шанса может и не представиться.

— Хорошо. Раз так, скажи-ка мне, Кэл: чем близнецы увлекаются, кроме бомб, взрывов и диверсий? Что любят, ради чего готовы радикально изменить своё поведение, какая у них тайная страсть?

— Вы хотите подкупить их подарками? — Калами неодобрительно фыркнула в ответ.

Я пожала плечами:

— Может быть. Так ты точно желаешь вернуть долг?

Даже отсюда был слышен скрип её зубов, но она ответила:

— Их самое-самое сокровенное желание вам не понравится.

— Для начала расскажи, а там посмотрим.

— Как хотите. Года два назад через наш город проходил отряд пограничников с собаками особой породы эр-джера, выведенной специально для службы в условиях Северного Хребта.

Едва увидев их пятнистые шкуры, Спайр и Сирения загорелись желанием завести таких же, но родители не разрешили. Мама высказалась резко против, а папа её поддержал. Вот так.

Похоже на Риту. Помнится, сестра панически боялась собак после одного случая на сенокосе, когда овчарка бабки Марьи сильно покусала её за ногу.

— Есть что-нибудь ещё?

Калами задумалась на секунду и кивнула:

— Пироги. Сирения обожает шоколадные пироги с лимонными дольками, а Спайр ванильные с вишней.

— Ладненько, буду иметь в виду... Стоп! А ты не обманываешь?

— Клянусь памятью мамы и папы, — она торжественно приложила правую руку к груди. — Я ни словом не соврала ни о псах, ни о пирогах. Но это не значит, что мы теперь подружки. Я всего лишь вернула долг.

— Разумеется. Спасибо, Калами.

Несколько мгновений племяшка нерешительно потопталась на пороге, а затем, вместо того, чтобы уйти в свою комнату, подошла к моему столику и зажгла полноценный светильник.