Спокойно, тётя Клара с вами

Почему так? Я не заставляю себя любить, не навязываюсь в друзья-подружки, не ограничиваю свободу, не прошу ничего сверхъестественного и пытаюсь заботиться о вас, но в ответ всё равно получаю одно неуважение. Серьёзно, вам стало хуже с моим появлением в доме?

Калами с вызовом тряхнула головой:

— Эй, тётя, мы осиротели всего два месяца назад, наша жизнь рухнула, и никому до этого нет дела. Мы справляемся с горем как умеем, а умеем мы только так.

— Нет, так вы не справляетесь с горем, так вы разрушаете свою жизнь ещё сильнее, причём в самый неподходящий момент.

Через неделю сюда явится комиссия по опеке. Нет нужды напоминать, как сильно ваше будущее зависит от её решения? — О том, что моё будущее в таком же шатком положении, упоминать не стала. — Значит так, дорогие племяннички, пора заканчивать искать оправдания и начинать вести себя по-взрослому. Нравлюсь я вам или нет, теперь мы с вами связаны, и вам придётся меня слушаться.

Дети в возмущении нахмурились, но если думают, будто на этом конец, им предстоит крупно разочароваться.

Я хлопнула в ладоши и потёрла ими.

— Конфетно-букетный период на этой ноте объявляется закрытым, переходим к суровым будням. Вы займётесь капитальным наведением порядка в доме прямо сейчас. Сегодня на первом этаже, завтра на втором. И когда я говорю «капитальным», то подразумеваю не перекладывание кучи мусора из угла под диван, а стерильную чистоту.

— Чего? Уборка?

— Зачем? Здесь же не грязно!

— Вам надо, тётя Клара, вы и убирайтесь.

— А если мы не хотим? — прямо спросил Ривен.

— Проблемы индейцев шерифа не волнуют. Или захотите, или Запорожец запрёт вас в комнатах до конца недели. Теперь за работу! У вас много дел, а солнце ещё высоко.

— Ну блин, рабство вернулось...

Каждому из детей я дала собственное задание. Так Калами получила под свою ответственность кухню и столовую — вымыть всю посуду, до блеска оттереть столы, плитку, буфеты и окна, с ковров вымести каждую крошку. Близнецы приведут в порядок раскуроченный холл и гостиную — чтобы ни запаха дыма, ни пятнышка копоти на полу, ни паутинки на стенах или пылинки на шкафах.

Ривен займётся мусором. Ему предстоит вынести на помойку всё, что сломано, порвано и безнадёжно испорчено, а мелкий мусор сжечь в печи прачечной. Только Аверону я ничего не стала поручать. Он отправится со мной в рабочий кабинет родителей. В нём я сама приберусь, а малыш поможет по мере сил.

Угроза домашнего ареста снова подействовала как надо.