Таль 2. Не дать отнять свою мечту

– Ваша версия произошедшего с адепткой.

– Адептка Наталья, как и было задумано, не смогла удержать «антимагический щит» против значительных размеров «энергетического сгустка», но, испугавшись, отступила к стене и, падая, ударилась головой, получив сотрясение мозга.

– Кайден, это же не был боевой вариант сгустка? – вкрадчиво поинтересовался архимаг Таврим.

На лице завуча не дрогнул ни один мускул, но костяшки сцепленных пальцев побелели от напряжения. Кажется, он здорово влип. Мужчина покосился на меня и, встретившись взглядом, опустил глаза.

Мы оба знали, что он объявил сгусток как боевой, и это слышала вся группа. Но он обещал не выгонять ребят, и мы ему за это здорово обязаны.

– А я могла после боевого сгустка отделаться сотрясением? – тихо спросила я, ни к кому конкретно не обращаясь.

И маги замерли. Ректор задумчиво теребил бороду, Кайден же удивленно смотрел на меня, а я думала о том, что, скорее всего, мастер просто соврал и сгусток был не боевым, иначе бы я, действительно, так легко не отделалась.

– Логично, – наконец пришел к какому-то выводу ректор. – Вопрос снят. Переходим ко второй части – почему в больнице оказался преподаватель?

На этот раз меня не спрашивали, и я замерла, ожидая чего угодно, начиная от полного и развернутого ответа со всеми последствиями для ребят и заканчивая упорным молчанием по примеру нашей группы, но вариант завуча поразил всех.

– Не удержал «антимагический щит».

– Ты издеваешься? – вскочил со своего места ректор, в ярости ударив по столу ладонями.

– Опытнейший маг-практик при смерти в лазарете, меня два дня Лисандр в комплекте с магическим советом наизнанку выворачивают, а ты утверждаешь, что не удержал щит на занятии с первокурсниками!

– Господин ректор, мне бы не хотелось обсуждать это в присутствии адептки, – заметил Кайден. – Наталья, покиньте кабинет.

– Сидеть! – рявкнул ректор, и я вжалась обратно в кресло, только начав из него выбираться. – Ни один из вас отсюда не уйдет, пока я не выясню, что произошло.

– Я уже ответил на этот вопрос, – продолжал настаивать завуч. – Вы прекрасно знаете о некоторых особенностях, отраженных в моей медицинской карте, и я не намерен обсуждать их при адептах.

– Эти особенности, – покосился на меня ректор, уже жалея, что не дал уйти, – не объясняют последствий.

– Таврим, – тихо произнес мастер, – я сам разберусь.

– С Лисандром тоже? – все еще нервно бросил ректор.

– Да.